Король присосался на славу и если первое мгновение я ничего не делала от оглушившей меня неожиданности. То подступившая за этим тошнота, быстро привела в чувство, и заставила сопротивляться.
Пару раз я толкнула короля, пытаясь сдвинуть того с места, и отлепится от меня. Держи карман шире, он не жаба, а настоящая пиявка. Присосался — не оторвешь. Ладно! В порыве «страсти» монарх прижал меня к тому самому столику, где по моей задумке стояла спасительница — лампа. Я начала шарить руками по столу в надежде ее нащупать.
Но видимости было ноль, а мои действия такими хаотичными, что лампа просто полетела на пол, хороня все надежды на спасение.
В это время король наконец-то оторвался от моих несчастных, истерзанных губ и начал спускаться по шее, покрывая ее поцелуями. Одновременно с этим его руки уже пытались содрать с меня халат.
— Ортан!!! Ваше Величество…. Остановитесь.
Но король уже не слышал. Халат был спущен наполовину, а Ортан невменяемо бормотал себе под нос, облизывая меня:
— Такая сладка! Такая желанная!
Так, все, моё терпение лопнуло!!! Видит Бог, я хотела по-хорошему…
Все то магическое напряжение, что росло в груди, с того мгновения, как Ортан нарушил моё личное пространство, было отпущено на волю.
Я больше не сдерживала магию и попросила только одно «Не убей и не покалечь». Послушная сила вырвалась сиянием, формируя щит между нами. Ортана оторвало от меня и, хорошенько шибанув током, отправило в полет через всю комнату. Король красиво преодолел шесть метров расстояния до стены, снеся по дороге стол и гостевой диван, прихватив при этом предательницу-лампу.
Снаряд все же достиг цель, правда, вот таким оригинальным способом."
"Короля пришпилило к стене магией, а потом она начала постепенно растворятся, отпуская монарха. Ортан плавно сполз на пол не отрывая от меня ошарашенного взгляда, который очень быстро начал меняться на яростный и полный ненависти.
И куда только делась маска страстного влюбленного?
Мужчина вскочил на ноги, но не решился приблизиться ко мне.
Вся его поза, говорила о том, что король в страшном гневе.
— Так значит, да? — он не говорил, а выплевывал слова — Я буду считать, что это шок и ты хорошенько подумаешь, Эмма, перед тем, как в следующий раз отказывать мне. Поверь, тебе не хочется иметь такого врага как я.
Под конец речи Ортану вернулась холодность и невозмутимость, а я ему поверила. Ведь за все это время, наконец-то видела перед собою настоящего короля Ортана Пятого.
