И сложив руки на груди, воинственно выдвинула подбородок. Ну, прямо сама решительность. Глаз некроманта дернулся.
— Ты издеваешься?
— Нисколько. И я абсолютно серьезна — Хмм, а вот это зря, похоже, некромант разозлился не на шутку. Но от быстрой и мучительной кончины, от рук главного дознавателя меня спасла Делла, вовремя появившаяся в комнате.
— Эмма, твой отец скоро прибудет сюда, я уже отправила сообщение. Прошу прощения, лорд Каллен, что вас прерываю — Не сомневаюсь, что Делла специально вызвала родственника, чтобы вызволить меня.
Я уже люблю эту женщину.
Суровым взглядом Ирвин прошелся по целительнице, но та выдержала напор, и поднялся со стула.
— Ну что ж, пусть будет так. Пока что. Я не прощаюсь, Эмма Дорн, мы еще увидимся.
Вот ни капельки не сомневаюсь, что он от меня не отстанет, но главное правило в нашем деле: Отрицай вину до последнего, даже если она очевидна.
Не говоря больше ни слова, некромант покинул палату, а Делла сочувственно потрепала меня по руке.
— Отдыхай, детка — и тоже вышла.
Я и правда почувствовала — тело Эммы еще слабо и нуждается в восстановлении. Так что вполне закономерно провалилась в сон, как только мне перестали мешать нежеланные посетители.
Глава 4
Чьи-то теплые ладони приятно гладили мою руку. Но спать мешало не это, а противный бубнеж, который неимоверно раздражал. Рядом прозвучал густой, мужской баритон:
— Вы уверенны, ректор Орлан?
Распахнув глаза, я с любопытством уставилась на мужчину, что сидел рядом, и держал мою руку в своей. Небольшого роста, классический колобочек с залысиной и седыми бакенбардами.
Нос картошкой и пухлые щеки. Мужчину можно назвать не привлекательным, если бы не красивые, голубые глаза. Они светились живым умом с небольшой долей хитринки. Точно такие же глаза были у моей призрачной подруги по несчастью. А нежность, с которой этот человек держал мою руку говорила о том, что передо мною Балдорф Дорн, отец Эммы.
— Я в высшей степени возмущен таким поведением, не достойным адептки нашей Академии. Здесь учатся благороднейшие отпрыски благороднейших семейств, а ваша дочь… — Взвинченный старик с которым господин Дорн вел явно нелегкий разговор скорее всего был ректором академии, Деметриусом Орланом.
Правда никакого благородства, присущего такому высокому посту, я в нем не рассмотрела. Сухопарый мужчина далеко за… С острым носом и седыми космами, чем-то, неуловимо, напоминал петуха. А противный, высокий голос дополнял неприятную картину. Ректор мне сразу не понравился.
