Я даже немного пообвыкла работать в зверинце и это даже принесло неожиданные результаты. Я похудела, и сильно. Присовокупите к этому изменения с волосами, что не собирались останавливаться на пути к ярко-рыжему, загадочные разноцветные глаза, и получите очень даже красивый образ.
Нет, малышка, Эмма по своему была интересной, таких у нас называли каноничным «русская красавица», но этот образ, к сожалению, не пользовался популярностью, ни у нас, в двадцать первом веке, ни здесь, в Веданском королевстве. Так что рыжая бестия в зеркале меня больше устраивала, чем обычный облик Эммы.
И в то же время настораживала.
Во-первых, я не знала куда зайдут эти изменения — может у меня хвост вырастет со временем? А во-вторых, сколько пройдет времени, прежде чем избалованные мажорчики ЗАП заметят новую меня? Я ведь, по сути, беззащитна здесь и сейчас.
Вот с такими, невеселыми, тревожными мыслями зашла в библиотеку. На беглый осмотр Илли здесь не оказалось. И тогда я решила рискнуть и расспросить «местных жителей».
Несмело приблизилась к стойке, за которой расположился суровый блюститель книг — библиотекарь. Он с увлечением рассматривал какой-то огроменный том, попутно, что — то сверяя в своих записях. Легонько кашлянула, пытаясь привлечь внимание, но это не помогло. На меня даже бровью не повели. Непорядок, ладно, будем действовать наверняка.
— Извините, пожалуйста — удивленно-раздраженный взгляд был мне ответом — вы не подскажите, здесь не появлялась одна адептка, зовут Илли, рыженькая такая?
Библиотекарь сначала опешивший от моей наглости, под конец моей речи совсем закипел.
— Я что похож на няньку в детском саду? Я библиотекарь, уважаемая, и должен следить за книгами, а не за адептами, ясно?!!! — Ясно, яснее не бывает. Интересно, все библиотекари здесь такие нервные или этот особенный. Я с грустью вспомнила мою школьную библиотекаршу Зинаиду Павловну. Скромную и тихую женщину, очень интеллигентную и безумно любящую книги. Она была всегда рада посетителям и особенно приветлива с первоклашками.
Жаль человеколюбие в этой библиотеке не в почете. Да и в академии тоже.
— Еще раз извините за беспокойство — решила быть вежливой до конца, но вредный старикашка не оценил. Блеснув на меня раздраженным взглядом, из-под бровей, он открыл очередной, толстый том и демонстративно уткнулся в него, давая понять, что разговор окончен.
Закатив глаза, я развернулась к выходу и почти носом столкнулась с Илли.
