Глаз Пернатого Змея

Отсеяв эти материалы, Леня по диагонали просмотрел заметки светских обозревателей, которые сообщали очередную «сенсацию» — то Андрея Ракитина видели в обществе певицы Маргариты, то — в компании известной чернокожей фотомодели. Лет пять назад эти «сенсации» прекратились, Ракитин упоминался гораздо реже и совсем в другом контексте — вдвоем со своим другом Константином Ветловым он совершил восхождение на одну из высочайших вершин Гималаев, затем переплыл Тихий океан на маленькой шлюпке, прошел пешком пятьсот километров по джунглям Амазонки.

Наконец, примерно два года назад в прессе промелькнуло сообщение о том, что Ракитин вернулся из Мексики и привез оттуда жену. Об этой жене ничего толком не было известно, в одних газетах писали, что она — внучка знаменитого мексиканского миллиардера, в других — что дочь наркобарона из штата Тихуана. И после этих неопределенных слухов всякие публикации о личной жизни Андрея Ракитина прекратились, как будто он исчез из поля зрения средств массовой информации.

Леня поискал еще, но глухо, Всемирная паутина молчала. Что случилось с алмазом, о котором ходили упорные слухи? Да и был ли он вообще…

Тут позвонила Лола, и он решил не тратить время зря, а навестить Анжелу Кузовкову. Конечно, в гости она его не приглашала, но ему необходимо было выяснить, почему она так стремительно уволилась из ресторана «Малиновый звон».

Леня подъехал к типовой хрущевской пятиэтажке, закрыл машину и подошел к подъезду.

Подъезд был оснащен домофоном, но кто-то из местных жителей вставил в щель между дверью и притолокой деревяшку, так что дверь не закрывалась.

Наконец Леня подошел к двери квартиры номер двадцать семь. Дверь была обшарпанная, масляная краска на ней облупилась, а звонок висел рядом на обрывке провода, как перезрелое яблоко на ветке.

Тем не менее, когда Леня нажал на кнопку, за дверью раскатилась гулкая мелодичная трель.

Тут же из-за соседней двери донесся раздраженный голос:

— Валерка, скотина, опять ты хулиганишь? Все матери расскажу! Давно пора тебя выдрать как Сидорову козу!

Из двадцать седьмой квартиры донеслись шаги, и недовольный женский голос проговорил:

— Кого там черти принесли?

— Полиция! — строго проговорил Маркиз.