Онлайн-библиотека книг
Он наградил Питера грозным взглядом, но девятилетний Питер, хоть и покраснел, не потерял присутствия духа. Печальные карие глаза лошади, казалось, говорили ему: «Ты — моя последняя надежда, поэтому сделай, что можешь, прошу тебя».
«Мой отец, и дед, и прадед, — сказал Иосиф, поняв, что взгляда здесь будет недостаточно. — Вот кто велел мне ее убить. Лошадь со сломанной ногой никому не принесет пользы, в том числе и себе, — он приподнял кувалду. — Ты видишь в этой штуке только орудие убийства, но, когда ты подрастешь, ты поймешь, что иногда она может быть и милосердием.
Он поднял кувалду выше.
«Положи», — сказал Питер.
Иосиф остолбенел. Никто до сих пор так нахально не вмешивался в его работу.
«Что-о? Что ты сказал?»
«Ты слышал. Я сказал: положи эту штуку», — Питер проговорил это совсем другим тоном, и Иосиф вдруг понял, что это говорит будущий король. Если бы Питер так и сказал — если бы он стал ныть: «Положи, слышишь, я ведь будущий король, слышишь, положи эту штуку!» — Иосиф бы только презрительно улыбнулся, сплюнул и оборвал бы жизнь несчастной лошади одним движением мускулистых рук.
«Твой отец узнает об этом, принц», — сказал Иосиф.
«Если ты ему скажешь, он услышит это второй раз, — ответил Питер. — Я позволю тебе закончить твое дело, господин главный конюший, если ты ответишь „да“ всего на один мой вопрос».
«Спрашивай», — Иосифу начинал нравиться этот парень.
«Видел ли доктор эту лошадь?»
Иосиф был поражен.
«Это твой вопрос?»
«Да».
«О Господи, нет! — видя, что Питер нахмурился, он склонился к мальчику и попытался объяснить. — Лошадь со сломанной ногой — не жилец на этом свете, ваше высочество. Нога не срастется как следует, и у нее будет заражение крови. Это ужасная боль для лошади.
Питер долго думал, опустив голову. Иосиф терпеливо ждал, склонившись над ним в полубессознательной позе послушания.
«Это часто бывает?» — спросил наконец Питер.
«Всегда, ваше высочество! Мой отец…»
«Тогда посмотрим, что скажет доктор».
«О-о-о!» — простонал конюший и изо всех сил отшвырнул кувалду.
