Он также говорил, что после пятидесяти шансы мужчины сделать ребенка невелики и будут с каждым годом уменьшаться, и уговаривал короля поскорее найти жену, а не дожидаться женщины его мечты. Если уж она не появилась до пятидесяти лет, говорил Флегг, то скорее всего не появится уже никогда.
Роланд согласился с этим. Он не подозревал, что Флегг с его гладкими волосами и бледным лицом, почти всегда скрытым под капюшоном, знает его главную тайну: он никогда не встретил бы женщину своей мечты потому, что никогда и не мечтал о женщинах.
По правде сказать, он их боялся. И он никогда не мечтал о том занятии, от которого бывают дети, — он и его боялся.
Но он понял, что чародей прав, и через шесть месяцев после похорон вдовствующей королевы в королевстве случилось событие куда радостнее — король Роланд женился на Саше, которая потом стала матерью Питера и Томаса.
Роланда в Делейне не очень любили, но и не сказать, чтоб ненавидели. Сашу любили все. Когда она умерла, рожая второго сына, королевство погрузилось в глубокий траур, продолжавшийся год и еще день.
Она была одной из шестерых девушек, которых Флегг предложил на выбор королю. Все они были одного возраста и положения; все из благородных семей, но не королевской крови; все красивы, добры и кротки. Флегг особенно старался, чтобы никто из них не смог в будущем потеснить его с места королевского советника. Роланд выбрал Сашу потому, что она показалась ему самой доброй и кроткой из шестерых и меньше других пугала его.
Так они поженились. Саше из Западного бароната (очень маленького) было тогда семнадцать, на тридцать три года меньше, чем ее мужу. До брачной ночи она никогда не видела мужчину без одежды. Когда это случилось, она спросила с интересом, глядя на его восставший член: «Что это, мой супруг?» Если бы она спросила что-нибудь другое или спросила бы это другим тоном, события той ночи, как и вся наша история, могли обернуться иначе; несмотря на специальное питье, которое Флегг дал ему часом раньше, Роланд мог просто сбежать.
Но он в тот момент увидел ее такой, какой она и была — молодой девушкой, еще меньше его знавшей о том, как делаются дети, — и увидел, как она хороша, и, полюбил ее, как потом ее полюбил весь Делейн. «Это Королевская Сталь», — сказал он.
«Оно непохоже на сталь», — с сомнением проговорила Саша.
«Его надо закалить», — сказал он.
«И где же это сделать?» — спросила она.
