Особенно когда нас и так считают продажными. Я могу это понять.
– Но с Мэнни вышло иначе?
– Несколько наркодилеров платили ему ежемесячно. Он наладил целую схему с двумя адвокатами: ловил дилеров, давал им визитку адвоката, и когда тот получал клиента, Мэнни доставалось двадцать процентов гонорара. Я дважды видела, как он брал деньги у сутенера. Он продолжал твердить, что мне надо смириться. И знаешь что? Я почти смирилась. Не могла решить, что хуже: быть крысой или продажным копом.
– Но вы… ты не смирилась.
О’Доннелл вытерла слезы тыльной стороной ладони.
– Нет. Ты, наверное, думаешь, у меня сильный характер и все такое, но, честно говоря, я не раз пожалела. Моя жизнь могла быть гораздо проще. Увы, я пошла в отдел внутренних расследований и сдала Мэнни. И стала местной крысой.
– Ты поступила правильно. – Зои тут же поняла, что ее слова ничего не значат.
– Да? Что ж, за донос награду мне не дадут.
Зои стиснула плечо О’Доннелл. Затем, помолчав, произнесла:
– А я порой жалею, что выслеживаю Гловера.
– Почему? – О’Доннелл смотрела на Бентли с удивлением.
– Когда он сбежал, для меня все переменилось. Многие считали, что я его оболгала. У меня практически не осталось друзей. Их до сих пор нет. Я ведь могла и не лезть. Я была лишь подростком, могла бы положиться на полицию… Ведь его даже не арестовали, он продолжал разгуливать на свободе. Продолжал убивать. Поэтому иногда я задаюсь вопросом: что, если бы я ничего не сделала? Чем бы я сейчас занималась? Могла бы общаться с друзьями, завела бы семью, как ты… Жила бы без гнета, давящего на плечи… Не получала бы от него жутких писем, не подвергала бы сестру опасности…
Обе застыли в молчании на несколько минут.
– Я закончила себя жалеть, – объявила О’Доннелл.
– Прекрасно, – сказала Зои. – Тогда идем. Мне нужно просмотреть стенограммы допросов тех мужчин из списка. Вдруг ты что-то упустила…
Глава 67
Воскресенье, 23 октября 2016 годаОт телефонного звонка владеющий собой человек подскочил на стуле. Он сидел на кухне, моргая от яркого утреннего света, лившегося из окна.
Надолго он отключился? На час? Два?
Имя на экране смутно знакомо. Нужно ответить на звонок, равно как и на четыре предыдущих, но он не нашел в себе сил. Нажать на кнопку «Ответ» означало надеть костюм нормальности. Сдерживать эмоции, порывы и страхи. А он не мог. Он утратил самообладание.
– Не будешь отвечать? – спросил Дэниел.
Он вернулся вчера вечером с виноватым и смущенным видом. По глазам было ясно, что опухоль им не завладела.
