Глэрд X: Легионы во Тьме (Часть вторая)

Приблизительно я понял для чего вручил мне способность Эйден распознавать некоторые свойства магических предметов — желание улучшить ее крепло ежечасно, следовательно, готовность сделать для этого многое.

Прошелся и по энергозапасам. Праны в потолок везде, и она продолжала вливаться. В родовом алтаре чуть меньше половины ценного ресурса. Маны под завязку.

Лучше не подготовишься.

Поединок должен был состояться в одиннадцать. Ожидал в стороне с дер Вирго и сотником. Отхлебывал прилл. Отслеживал настроения аудитории, они доказывали, что больше на ставках в таких поединках много не выиграть.

Попутно внимательно слушал мага, который рассказывал мне о легендарных щитах и боевых амулетах. Турин, знавший, что в случае проигрыша ему предстояло расплатиться по долгам с Кровавым, был донельзя задумчив, от него проходили порой волны непонимания.

Без десяти одиннадцать пространство на площади, отведенное для поединков, забурлило от искажений. С оглушительным хлопком возникла сфера, объятая призрачным синим огнем с аватаром Ситруса, заставив мнительных отшатнуться, других выругаться, третьих ахнуть.

Сами боги не показывались, с целью не вспугнуть Раоноса, отчего-то приписывая тому крайнюю степень дебильности.

Если кто-то думал, что это я его спровоцировал на активные действия, ведь иначе он вряд ли бы откликнулся на призывы своего союзника, то он заблуждался — Кровавый в любом случае попытался бы меня уничтожить именно здесь и сейчас.

Да, с одной стороны, слишком много энергии было им потрачено в последнее время: на оборону божественного алтаря с изначальным камнем, затем последовал мой призыв, еще и награждение званием «Дитя Бездны»… Но исходя из того, что я узнал на текущий момент про богов, как и сколько нарушил планов Раоноса, чего его лишил за два месяца, то кровник сделал бы все возможное и невозможное для отправки меня к Маре.

И дело не в оскорблениях. Божок, когда требовалось, мог переступать через уязвленную гордость — проверено и доказано опытным путем. Во-первых, это реальный шанс для него разобраться с проблемой (пока занозой), и не факт, что такой же подвернется в ближайшем будущем. Отсюда вытекало, во-вторых, неизвестно сколько я успею нанести вреда до следующего удобного случая. И связано это было с ограничениями для божков, без призыва союзником он действовать не мог, точнее, его влияние на Равновесие оказывалось слишком чрезмерным, что давало возможность противникам сделать несоразмерный ответный ход.