— Это хорошо, но мало, — мне удалось вынести вердикт, не выказав никаких чувств, а изобразить роль знающего, — Слышал я о таких, не очень они и редкие, достаточно посетить древний некрополис… И найдешь хоть сотню. Тысяча лет в любом случае прошла… Мне же потребовалось совершить настоящий подвиг для того, чтобы завладеть Цветами. При чем получил их из рук одного из богов. Какого именно говорить не стану, так как это тайна. Но если у тебя есть артефакты наподобие «Вычислителя Бирма», не ниже по качеству и свойствам или он сам, — тот самый упоминаемый в мифах и легендах о Скупом звездочете магический прибор, который я, может и напрасно, но соотнес с древним аналогом нейро, — То я готов рассмотреть варианты.
— У меня есть гораздо лучше, сопоставимый с установленным в Академии в зале расчетов из закрытой его части — это «Оруст Денвера», только для аристо, внедряется в родовое кольцо, — нужно срочно расширять словарный запас, видимо в моем мозге не нашлось аналогии для этого «оруста» или это некое имя собственное.
В общем, непонятно и неизвестно, — Но зачем он тебе?
— Хочу попробовать себя в артефакторике. Есть мысли, есть идеи, но сам поминаешь, на одних них далеко не уедешь.
— Тогда он будет просто незаменим, сэкономит месяцы расчетов. Смотри, вот они, — передо мной появилась голограмма сундука, больше похожего на современный контейнер или кофр, сам доспех опять же напоминал даже не нашу наноброню, а нечто более технологичное, — Хранится все в браслете, одевается в секунду.
Это чистый Оруст — раскрытая шкатулка с невзрачным кубиком.
Все же мертвые колдуны, действительно, хитромудрые.
— А это жезл Антонио де Тисса, — я тоже показал, что могу иллюзии создавать, — Я тебе демонстрирую его проекцию, но его у меня нет, — «с собой», добавил про себя, — А сказать могу, что угодно. Особенно, если бы моя кровь не горела, и я, как сейчас, находился в пятне Хаоса, где нас не слышат боги.
— Ты мне не веришь? — и злость.
И опять фильм, даже сериал, с расчлененкой и со мной в главной роли."
"— Эрлглэрд, я говорю постоянно с богами, выполняю для них задания, как думаешь, можно ли после такого сотрудничества верить кому-то на слово?
Тот со мной был солидарен в оценке честности этих товарищей и даже злобная радость некая промелькнула, мол, все течет, все меняется, а суки остаются суками.
— Ты прав, они хоть и возомнили себя бессмертными, но недалеко ушли от смертных.
