Вы перестанете быть безликими, получите настоящие имена! В сердца непокорных, мы посеем страх и ужас! И навсегда останемся в Вечности! — статью Раены я помнил наизусть."
"Сам же транслировал, множество картинок — мы мчимся, опережая ветер, как над нами весело несется райс, преодолеваем броды, летят брызги воды, прыгаем по скалам. Разим врагов, охотимся… Учитывая, что я улавливал отклик — это было просто. Например, самец млел, преодолевая горные кручи и охотясь на козлов, не ведающих о законах гравитации. Самке же нравилось все связанное с водными процедурами от купания до брызг, а еще валяться на солнце.
— Если вы не склоняетесь передо мной и не признаете меня господином, вас ждет ничто. Вечная Тьма! — и ужас, темнота, холод, тлен, смрад, — А ваше же место займут более достойные и менее глупые! Ваш выбор?
Для толпы же выглядело это так. Я разрезал ладонь, неспешно подошел к самцу, обращаясь к животным. Протянул руку. Тот, выказывая покорность ее лизнул, закрепляя связь кровью.
— С этого момента и до смерти нарекаю тебя «Злым»! Ибо вижу, что жаден ты до схватки и беспощаден в бою! — сопроводил все образами, какой он могучий и сметает врагов, они бегут, как питомец ловит хитрого козла, которого преследовал неделю.
Победный рык засвидетельствовал, что имя понравилось. С меньшей решимостью, довольно осторожно ко мне подошла и самка, слизнула кровь шершавым языком, гораздо больше моей отнюдь не маленькой ладони, — А ты красива, грациозна, быстра, коварна, смертоносна, поэтому будешь Бестией! — показал мадам, что я вкладываю в это имя и в эпитеты.
Ее рявк был не менее внушительным, чем у самца, но еще в нем читалось некое превосходство и укор для напарника: «видишь какая я божественная, что признал даже человек. Так что — цени!». Вполне возможно, это действовали эльфийские умения, а может и мое разыгравшееся воображение и присущий большинству из нас антропоморфизм.
Все действо заняло времени ровно столько, сколько я произносил речь. Можно было управиться гораздо быстрее.
Общение мыслеобразами превышало на порядок передачу информации, нежели любым другим доступным мне способом. И уж точно обычную голосовую.
Но тогда нужного эффекта для толпы я бы не достиг.
Еще до того, как барьер спал вой и стон пронесся над площадью. Проиграло процентов девяносто, не меньше. И в горестных воплях тонули дико радостные:
— Я же говорил нужно ставить на Райса! Он в прошлый раз…
Отметил, что больше всех веселились черноягодцы.
