Глоточек свеженького яда

 – Лен, давай быстрее завтракай, и пошли, – снова повернувшись к девушке, поторопила она.

– Я только кофе сейчас выпью, и можно будет собираться, есть мне не хочется совсем, – махнула рукой Лика.

– Есть нужно, тебе еще сил надо набираться, – возразила Марина и тут же добавила: – Впрочем, как хочешь, можно будет потом в кафе куда-нибудь заскочить, там и перекусим. Я на Маяковской такое местечко знаю, закачаешься. Готовят – пальчики оближешь, – закатила глаза под лоб Марина. – Если действительно есть не хочешь, пошли ко мне в комнату, не будем терять времени.

– Так, это не пойдет, это никуда не годится, это давно устарело, а вот это, по-моему, именно то, что нужно, – не закрывая рта, стрекотала Марина.

Она бросила Лике шерстяное платье черного цвета с серебристой отделкой.

– Оно мне по самые пятки, а тебе будет как раз. Сейчас достану нижнее белье и колготки. А вот с обувью я не знаю, что делать, – задумалась она, постукивая себя указательным пальчиком по носу. – Не поедешь же ты в тех сапогах, которые в кладовке откопала? Я в них ходила, когда беременная была. Ноги очень отекали, вот и пришлось на три размера больше покупать. У тебя, кстати, какой размер?

– Тридцать седьмой, те сапоги мне тоже велики, – улыбнулась Лика.

– Правда, что ли? – недоверчиво спросила Марина.

– А что тут удивительного?

– Я всегда думала, что у высоких и размер не меньше сорокового, – засмеялась Марго. – Тогда у нас все как надо, я тоже тридцать седьмой ношу. Куртку придется пока легкую надеть, остальное тебе маловато будет, а потом купим. Думаю, до магазина не замерзнешь – в машине поедем. Давай, быстренько одевайся. – И Марина упорхнула из комнаты, оставив после себя аромат французских духов. Лика втянула носом до боли знакомый запах, и на ее глаза навернулись слезы.

– Этот аромат любила моя мама, моя Аленушка, – прошептала девушка. Она прикрыла глаза, стараясь вспомнить лицо своей матери.

* * *– Доченька, посмотри, как сидит на мне это платье? – кружась вокруг своей оси, спросила Елена. – Тебе нравится?

– Ой, мамусик, супер, – закатила глаза под лоб Анжелика и прищелкнула язычком. – Упасть и не подняться. Ты на этом вечере затмишь всех своих «ненаглядных подруг», – захохотала она.