— Давай же, кончай, милый, кончи для меня. Дай мне свое семя, сладкий. Мой ревнивый, любимый мальчик. А ночью я возьму тебя, грубо, глубоко, буду ебать твою узкую попку, чтоб ты обкончался до обморока, а потом вылижу всего.
— Прекрати, Алекс….ааааа…господи….уже…уже…сожми….аааааа.
Давид судорожно кончает в кулак Алекса, стонет в голос, дергается, прижимаясь, тяжело дышит.
— Да, вот так, милый, молодец. Мой нежный, мой отзывчивый мальчик…
Часть 16
Виктор проводил взглядом удаляющихся Алекса и Давида. Мужчина поднес к губам бокал шампанского, чуть отпил и задумался.
Виктор Маре, коллекционер, галерист, один из лучших экспертов Европы по живописи и скульптуре, и далеко не бедный человек, давно и прочно был нетрадиционной ориентации. Его это ничуть не смущало, с его возможностями он мог позволить себе кого угодно, любого мальчика, с любым цветом кожи, любого возраста.
Они когда-то встречались с Алексом, он нравился ему своим напором, чувством власти и той бешеной сексуальной энергетикой, которую он излучал.
Виктор до встречи с ним считал себя активным в отношениях, но Алекс дал понять, что есть другие грани отношений. Виктору нравилось ему подчиняться, подставлять себя, раскрываться перед ним. Он покорно его принимал и просил еще. Незабываемое было время.
Этот мальчик, Давид, модель Алекса, уже давно начал будоражить его фантазию. Как только он увидел будущие работы Алекса, наброски и рисунки, кровь закипела в венах. Сейчас, на выставке, он увидел впервые его вживую. Прекрасный, совершенный, он понимает Алекса, этим мальчиком нельзя не увлечься, он настоящее сокровище.
Виктор чувствовал к нему влечение, он хотел обладать им. Не подчиняться, как это было с Алексом, а брать. Привязать это совершенное тело, распять, взять грубо, жестко, входить раз за разом, глубоко в его попку, слышать крики, слизывать слезы со щек. Такое с Виктором было впервые. Это длилось уже несколько месяцев, он даже попробовал именно так, ему понравилось. Неужели он до такой степени пресытился удовольствием, что ищет его в чужой боли?
Алекс скоро наиграется своей совершенной игрушкой, сердце мальчика будет разбито, вот тогда наступит его выход.
А Алекс наиграется, он никогда не был постоянен, мальчики, девочки, он всеяден, однообразие не даст ему места для фантазии, они расстанутся.
Но одно ему не понравилось, как Алекс сейчас смотрел на Давида. Виктору показалось, что это была ревность. Если это так, то лучше начать действовать как можно быстрее.
