Глубокое течение

И сразу же около него оказались все партизаны.

Они не сводили с командира глаз, взглядами спрашивая, как действовать. С танками они встречались впервые, а все неизвестное всегда кажется страшным.

Николай заметил, как побледнели лица этих, уже не раз смотревших в лицо смерти, хлопцев. Да и у него по спине пробежал неприятный холодок, но он уверенно сказал:

— Ничего, хлопцы! Танки не страшней самолетов. Дайте мне гранаты и вот тот кусок телефонного провода. — Он быстро связал вместе несколько гранат. — Вот так же свяжите несколько букетов.

Скорее! Так! Коньков и ты, Ваня, ползите вон к тем кустам. Остальные останутся со мной. Мы будем бить из пушки. Быстрей, хлопцы!

Танки подошли к ольшанику и остановились, по-видимому, озадаченные молчанием партизан. Потом их башни брызнули огнем. Прогремели пушечные выстрелы. Снаряды разорвались в ольшанике.

На пригорке появились эсэсовцы. Затрещали автоматы. Серо-зеленая лавина стремительно катилась вниз по склону. Танки скрылись в кустах, а спустя минуту первый из них появился на гребле и помчался прямо на пушку.

Николай сам встал за наводчика. Прогремел выстрел. Второй… Третий… Танк не останавливался.

«Спокойно, спокойно», — успокаивал себя Николай, стараясь прицеливаться возможно точней. Но от напряжения все тело дрожало, мелко стучали зубы, а в душе нарастала волна неудержимой ярости. В эту минуту уже не существовало его собственной жизни с разнообразными чувствами, ощущениями и инстинктом самосохранения. Все его существо было охвачено одним желанием: остановить это черное чудовище.

И если бы для этого нужно было зарядить пушку самим собой, он, не задумываясь, сделал бы это.

Внезапно из-под гусеницы танка вырвалось пламя и черный столб земли и дыма. Машина содрогнулась, круто повернулась и полезла в кусты. Затем прогремел еще один взрыв. Танк остановился, неуклюже уткнувшись в канаву.

Николай понял, что танк подорвали Коньков и Ваня Телеш, и, радостно прокричав что-то непонятное, выстрелил в башню уже неподвижной машины.

Снаряд, по-видимому, пробил броню, потому что танк взорвался… Осколки металла просвистели у самой пушки. Спустя несколько минут на дороге показались остальные три танка. Они шли один за другим, но не с такой скоростью, с какой мчался навстречу своей гибели тот, взорванный танк. Передовой танк бил из пушки, но снаряды падали далеко за спиной у хлопцев, где-то в болоте.

Николай сделал несколько выстрелов — теперь уже более спокойно и уверенно.