Глупышка

Золото с рубинами, как я смогла прочесть на ценнике. Большой Босс протянул мне браслет и приказал примерить. Консультант помогла его застегнуть. А я задержала дыхание, любуясь невероятным блеском камней в свете ламп.

– Берем, – не дав поблаженствовать, тут же принял решение Дмитрий Анатольевич.

Я не знала, что сказать, просто язык проглотила. Я шла за начальником по улице к машине, не оглядываясь по сторонам. Дорогое платье, дорогие туфли и такое же дорогое украшение, и все это ради десяти минут! Я не понимала зачем.

Не проще взять все это в аренду? Ведь существует много фирм, дающих украшения напрокат. Но Большому Боссу было важно, как я буду завтра выглядеть, чтобы я чувствовала себя уверенной. Почему? Что такого ужасного должно произойти завтра? Я никогда не стеснялась себя, а начальник умудрился заронить сомнение, поколебав мою уверенность.

Я остановилась перед машиной и резко спросила его:

– Я вам не нравлюсь?

Серые глаза пробежались по мне, казалось, отмечая любую мелочь: вязаную шапку, шарф, красную куртку, коричневые колготки и рыжие ботинки.

Затем его взгляд вернулся к лицу, а улыбка тронула тонкие губы Босса.

– Нравишься.

– Тогда почему завтра я должна чувствовать себя неуверенно среди ваших гостей? – продолжила я допрос. Все равно я собиралась увольняться, хотелось выяснить все до конца.

– Потому что, – резко бросил он и сел в машину.

Я не стала заставлять водителя ждать и поспешила опуститься на свое место, мне на колени упали пакеты, а Босс, стянув с меня шапку, пригладил мои волосы и, мягко надавив на затылок, развернул лицом к себе.

– Ты другая, – шепнул он. – Не из этого мира. Добрая и отзывчивая, и я не хочу, чтобы завтра тебе сделали больно.

– Так, может, мне не ходить?"

"Начальник мучительно долго смотрел прямо мне в глаза, его рука опустилась с затылка на шею, затем он, задержав взор на моих губах, тяжело вздохнул и выпрямился, отнимая свою руку.

Мне стало легче дышать, но я остро почувствовала отсутствие тепла его ладони.

– Хорошо, не приходи.

Я вздрогнула. Слова были сказаны таким мертвым голосом, словно я предала босса, отвернулась, не оправдала доверия. Мне стало очень тяжело и неприятно.

– Знаете, еще утром я была готова потерпеть эти десять минут, но вы меня напугали. Я не понимаю, что меня завтра ждет, но мне уже страшно.