Гнев ангелов

Как будто я собиралась!

Я подбираюсь к нему поближе.

– Я должна кое-что у тебя спросить.

Алкоголь сделал меня смелее, иначе я бы не стала задавать ему таких вопросов. Я все еще надеюсь, что мне все это показалось.

– Ты был на пиацетте в день, когда умер Алессио?

– Нет, я стоял у окна со Стар. Мы наблюдали за всем оттуда.

– Я видела кое-кого, – я продолжаю шепотом. – Кое-кого, кто вообще не должен был быть там.

Феникс поворачивает свою голову в мою сторону, словно в режиме замедленной съемки. Его глаза мутные, но все же настороженные.

– Это кого?

Я делаю глубокий вдох, потому что не хочу говорить этих слов. Затем я беззвучно говорю ее имя, одновременно с этим жестикулируя руками. Феникс качает головой.

– Это невозможно. Она умерла много лет назад.

– Она исчезла, и мы никогда не видели ее трупа.

– Ты хоть представляешь, сколько людей исчезло за последние годы? Их трупов тоже никто никогда не видел.

– Я знаю это. Но она стояла рядом со стенами, окружающими пирс, и она была одета в накидку Братства.

Феникс поднимается с места и кладет стопку купюр на стол. Ему приходится держаться, чтобы не упасть.

– Забудь об этом, – требует он. – Ты скорбишь по Алессио, это все твой страх. Ты очень ошибаешься, и не смей давать Стар эту надежду.

Его взгляд становится почти диким, словно он хочет схватить меня и трясти до тех пор, пока я не пообещаю ему не делать этого. В тот же момент я замечаю, что в его глазах блестят слезы.

Он отдает мне свой ключ от библиотеки.

– Он мне больше не нужен, – тихо говорит он. – Не приходи сюда больше. Это слишком опасно.

– Я не знаю, будет ли Стар вообще заинтересована этим фактом, если я расскажу ей об этом, – с вызовом говорю я, положив ключ в карман своей накидки. Я все равно не смогу поговорить с ней об этом, потому что Люцифер не спускает с нее глаз. А ему нельзя об этом рассказывать. Если она все еще жива, он вынесет ей смертный приговор, если она хоть как-то связана с Братством.

Феникс отмахивается и качается в сторону выхода. Он открывает дверь и, даже не обернувшись, уходит. Хозяин бара подходит ко мне и забирает деньги, не пересчитывая их.

– Мы уже закрываемся.

Я тоже встаю и падаю на стену, потому что пол подо мной шатается.

Мужчина хмурит лоб.

– В такое время ты должна находиться дома. – Его голос звучит так, будто он знаком со мной.