Онлайн-библиотека книг
Ну, а утром… утром посмотрим, как ляжет карта!
Прапорщик улыбнулся:
– Ляжет так, как надо! Во сколько тебя будить, Володя?
– Как боевики начнут готовить смену караула.
– Понятно! Спокойного тебе сна.
Капитан устроился поудобнее в яме. Уснул, как только голова коснулась свернутой плащ-палатки. И неожиданно ему приснился сон. Неожиданно… потому что снов боевой офицер с детства не видел. Пацаном они часто посещали его, радостные, светлые, цветные, а потом, где-то лет в десять, как топором отрубило. Никаких снов, ни белых, ни черных.
Снился брат. Вот он едет на грузовой машине, сзади огромная, неестественно огромная фура. Вокруг лес. Андрей обращается к Владимиру, хотя Лазаренко рядом с братом себя не видит.
– Ну, что, Вовка? Все обижаются на тебя! Как богатым стал, так родню и забыл.
Владимир смеется:
– Да каким богатым? Это же легенда, Андрюш!
Брат не понимает:
– Что за легенда?
– Обычная легенда секретного сотрудника спецслужбы!
Андрей удивляется:
– Ты сотрудник спецслужбы?
И смеется в ответ:
– Брось ерундой заниматься! Какой ты офицер? Да еще спецслужбы? Обычный спекулянт. Там купил, здесь продал. Это легко. Ты вот баранку покрутил бы!
Владимир пытается убедить брата, что он не лжет, но Андрей не верит ему.
– Хорош, Володь! К чему вранье? Тебя ж я не упрекаю? И мать не упрекает.
– Чего ты вдруг умирать собрался, Андрюш?
Брат спокойно, даже как-то безразлично ответил:
– А то, что жизни мне осталось чуть-чуть. Часы. Я смерти не боюсь. Вот только страшной она будет, знаю, не хотелось бы так-то. И потом, на кого Ольга с детишками останется? Мать им не помощница. Пропадут!
Лазаренко возмутился:
– Да что ты ерунду городишь, брат? Ты моложе меня.
– Да нет, не болен, здоров. Но за меня все другие решили. Они уже ждут на дороге. А вон они, я их вижу! Прощай, Володька, говорил же, помру, не увидимся, прав оказался…
Владимир закричал:
– Стой, Андрюха! Тормози!"
"Он хотел рвануться на трассу, по которой удалялся автопоезд брата. Удалялся к широкой, черной пропасти, возникшей ниоткуда. Но почувствовал, как на него кто-то навалился. И сжал рот ладонью.
