Год нашей любви

 – Но я могу что-нибудь помыть или вытереть.

Хартли бросил мне полотенце для посуды, а Тереза передала мокрую миску.

В кухню зашел Бриджер, неся Люси на спине.

– Я прочитал уже две главы, – заявил он. – Теперь тебе пора спать.

Я услышала, как они поднимаются по лестнице.

– Я пойду, – сказал он. – После того как выпью пива с Хартли.

– А я тебя подожду, – не унималась Люси.

– Если будешь ждать с закрытыми глазами, то договорились, – ответил он, смеясь.

Полчаса спустя Бриджер вошел в гостиную один, неся две упаковки пива.

– Знаете, зачем я пригласил вас обеих? – поинтересовался Хартли у нас с Даной, доставая колоду карт из ящичка в журнальном столике.

– Зачем? – спросила Дана.

– Чтобы играть в юкер, само собой.

Я хлопнула в ладоши:

– Ура! Мальчики против девочек!

– Раздавай, – сказал Бриджер, открывая банку пива и предлагая ее Дане.

– Но я не знаю, что это за игра. – Сказала она, протягивая руку за пивом.

– Черт, правда? А я-то думал, японские школы круче американских!

Хартли приложил ладони рупором ко рту.

Тереза заглянула в дверь:

– Нам нужен четвертый для юкера. Дана не умеет играть.

– Вот как? – сказала она, входя. – Это же лучшая игра в мире. Знаешь что-нибудь о бридже? Юкер – это бридж для идиотов. Посмотришь пару игр и все поймешь.

Она села и взяла пиво, которое предложил ей Бриджер.

Хартли кратко ввел Дану в курс дела.

– И еще жулить можно легально.

– Стоп, – сказала Дана. – Почему это жульничество, если оно разрешено?

– Просто смирись, – сказал он.

– Сложновато, – посетовала Дана.

Хартли покачал головой:

– Нет, не очень. В игре всего шесть карт. Сейчас увидишь сама.

Тереза сыграла кон с нами, и мы с ней быстро обыграли Хартли и Бриджера.

– Это пробная партия, – заявил Хартли.

– Что? – возмутилась я. – Ничего подобного. Два очка девушкам.

– Вот это азарт, – прокомментировал Хартли.

– Вы бы видели их перед началом игры в хоккей, – сказала Дана. – Мне даже приходится прятаться в своей комнате.

– Могу представить. – Тереза взяла колоду и начала тасовать. – Бриджер, как твоя мама? – спросила она.

– Не очень. Но пока у нее есть работа, все не так плохо. Рабочая неделя помогает ей держаться.

– Должно быть, ей тяжело, – сказала Тереза, кивая.

– Раньше я тоже так говорил, – Бриджер взял свои карты.