Год нашей любви

– Мне нужно задать тебе один вопрос, – наконец сказала я.

Когда он услышал мои слова, его лицо стало настороженным, так что я поспешила.

Он перевернулся на живот и положил подбородок на руки. Теперь мы больше не касались друг с друга.

– Проблема в том, Каллахан, что я не могу говорить об этом сегодня.

Тут я прикрыла рот рукой, но из него все равно вырвался смешок.

Я закрыла лицо руками.

Хартли хрюкнул. А потом мы лежали бок о бок и хохотали. И все шло так же, как и в любой другой вечер, за исключением того, что мы были голые.

Затем я услышала, как Дана отпирает входную дверь. Мы с Хартли смотрели друг на друга, прижав руки ко рту. Когда Дана прошла в общую комнату и включила телевизор, мы затряслись от беззвучного смеха. Мы не могли остановиться, пока я наконец не уловила звук льющейся в ванной воды. И даже тогда мы все еще задыхались и пытались справиться с приступами безудержного веселья.

Скоро в комнате рядом стало тихо – Дана легла спать.

Хартли глубоко вздохнул.

– Думаю, это сигнал, что мне пора валить, – сказал он.

Он медленно сел, нашел свои «боксеры» и втиснулся в них.

«Нет!» – захотелось крикнуть мне. Но я прикусила язык, нашла его футболку и передала ему, а потом через голову надела свою. Я не хотела, чтобы он видел, как я надеваю остальную одежду, поскольку делала это ужасно неловко и медленно. Так что я просто взяла одеяло с изножья кровати и накрылась им.

– Прежде чем уйдешь, ты не мог бы… м-м… прикатить сюда мое кресло? Я немножко застряла здесь.

Его глаза широко открылись.

– Вот дерьмо. Прости.

Я улыбнулась, надеясь, что выгляжу достаточно безмятежно.

– Без проблем. Мне какое-то время никуда не требовалось.

Хартли пропрыгал в гостиную, достал свой второй костыль, а потом с передышками прикатил мое кресло в комнату. Приблизившись ко мне, он присел на краешек кровати.

– Спокойной ночи, Каллахан, – сказал он, опустив одну руку на мое колено, покрытое одеялом.

Я не смогла почувствовать его прикосновение, хотя очень хотела.

– Спокойной ночи, Хартли, – прошептала я.

Он наклонился и быстро поцеловал меня в нос. Его лицо было серьезным, почти грустным.

– Увидимся за бранчем завтра?

– Да, – сказала я, когда он поднялся, чтобы уйти.

После того как закрылась дверь, я долго лежала, жалея, что его нет рядом.

На следующее утро в мою дверь вежливо постучали и донесся голос Даны:

– Конечно, – ответила я, зевая.

Было уже поздно, но я не могла заставить себя встретить новый день.