Год Ветра

— Да. Конечно, папа разрешил, — с радостью согласилась я.

3 Глава Целуй меня жарко

Диван книжка разложен. Горел ночник в коридоре, и в окна лился свет города. Освещение оказалось разнообразным и в полутьме появилось много необычных оттенков и ползающих по полу теней. Интересно, что я никогда не боялась темноты и выдуманных монстров, но всегда боялась злых людей и страшных обстоятельств.

Я неплохо видела парня, хватило, чтобы запомнить. Илья положил под себя три подушки и развалился, полусидя, закинув руки под голову.

В спортивных штанах явная эрекция, на губах улыбка.

— Рисуй! — великодушно разрешил он.

Я аккуратно прикинула через него ногу и присела. Подозрительно скрипнул под нами старый диван.

Попой чувствовала твёрдый мужской орган. Но не отвлекалась, ведь мне нужно его запомнить. Моя память отменная и немного странная. Если я буду видеть, и водить руками, то смогу повторить без фотографии.

Колонковая кисточка имела форму овала с острым кончиком, она невероятно мягкая, но достаточно широкая. Я вначале ею провела по волосам Ильи.

Странный цвет у него на шевелюре. В сумерках необычный, я ещё при дневном свете насчитала двадцать оттенков. Выцвели так странно?

— У тебя слишком разноцветные волосы, — прошептала я.

Он видимо, ничего не понял из того, что я сказала. Промолчал.

Лёгкими штрихами провела по виску вниз. У Ильи к вечеру появилась щетина, кисточка в ней застряла, вызвав у меня улыбку. Абрис лица обвела, прошлась по лбу. Вырисовывала широкие тёмные брови. Веки с крохотными морщинками имели коричневый оттенок.

Илья закрыл глаза, и я водила по ним кисточкой, распушила длинные густые ресницы.

От переносицы вниз по прямому носу, обрисовала крылья носа. Вернулась к глазам, под ними кожа темнее, словно тенями очерчены. Не болезненные, скорее делающие взгляд Ветрова невероятно выразительным и строгим. От глаз к острым скулам вела кисточкой. Опустила к губам.

Илья открыл глаза. Они казались чёрными, отражали все огоньки разом, и создавали впечатление бесконечности и глубины нашей вселенной.

— Не кусай кисточку, — на грани слышимости предупредила я, вызвав у него смешок, и пошла описывать кистью его губы. Контур красивый, в уголках ямочки.

— Ты… Ты должна это ощутить, — прошептал Ветер. — Дана, это необыкновенное чувство.

— Потом, не мешай, — ответила я, спуская колонок по подбородку к уху. Вначале к правому. Прошлась по раковине, поиграла мочкой.

Я начинала задыхаться от восторга и вожделения, а возбуждённый парень тяжело и звучно дышал.