Год Ветра

— Ты же сказала, что не общалась с парнями, — с большим подозрением шептал Илья, глядя как именно к нам навстречу двигался Герц.

Я перестала махать рукой и притихла, глядя на недовольного Ветра.

— Это не парень, — несмело усмехнулась я. — Это Боря. Он аутист, и как сексуальный партнёр не рассматривался никогда. К тому же мы с восьми лет переписываемся, и это четвёртый раз, когда я его вживую вижу.

Илью это не успокоило. Он поправил джинсы и откинулся на спинку дивана.

Боря оставил своих охранников позади и сел напротив нас.

— Доброе утро, — поздоровался он, хмуря светлые брови.

— Доброе утро, — отозвался Ветер.

— Привет, Борь, — натянуто улыбнулась. — Это мой будущий муж, Илья Ветров.

— Да, — за меня ответил Илья.

— Голос сильный, — кивнул Боря. — А зачем жениться? Вроде такая традиция отходит.

Я могла с Борей общаться спокойно. Вообще с особенными людьми я на одной волне. Даже совершенно незнакомый человек, тем более, если скажет какой у него диагноз, будет мне совершенно понятен.

Илью же подготавливали к общению только со мной. У него сразу началось отторжение Бори Герца.

— Потому что мы любим друг друга, — Ветер начинал меня пугать. Осмотрел охрану, оценил взглядом ботинки оппонента, золотые часы, которые показывались из-под манжеты рубашки.

Не поняла, почему он так взъелся. Взяла его за руку и пальцем надавила ему на ладонь, подавая сигналы, чтобы притормозил.

— Нет любви, — заявил Боря.

Что он ещё мог сказать?

Герц вначале сел расслабленно, закинув одну ногу на колено другой, руку растянул по спинке дивана. Это поза его отца в непринужденной обстановке. Но долго держать её Боря не смог, и сел, как ему было лучше: прямо, строго, руки на коленях широко расставленных ног.

— Ты болеешь? — хмыкнул Ветер. — Тоже Аспи? Тогда ты не испытываешь никаких эмоций и не знаешь, что такое любовь.

— Это как?! — разозлилась я, уставилась на Илью, и хотела руку забрать, но он испугался моей реакции, не то, чтобы не отдал, ещё и под мышкой зажал.

Кажется, Ветров перечитал всяких глупостей про людей с моим синдромом. И почему так агрессивно повёл себя?!

Неужели к Боре приревновал?

— Что значит «аспи»? — возмутился Боря, продолжая сидеть строго. Он мог выйти из себя, у него вспышки агрессии. И охрана папой приставлена скорее не для того, чтобы его защищать, а нас. — У меня РАС! Расстройство аутистического спектра. А Ганс Аспергер был нацистом.