Год волка

А сколько еще таких скитается по нашим землям голодных и обездоленных, чьи судьбы совершенно не интересны ни королю, ни его Совету. Они заблудшие души. А я помогаю им обрести себя.

– И кто же твои люди? Дезертиры, воры, убийцы? Этих то ты называешь заблудшими душами? Они отбросы от которых стоит избавляться! Все, чего они достойны, это топора королевского палача или виселицы.

Я снова закашлялся чуть было не свалившись с пня, на котором сидел.

– А кто их такими сделал? Скажите мне барон? – Алвер буквально в один прыжок подскочил ко мне, нависая надо мной всем телом.

– Они сами себя такими сделали, – ответил я, прямо смотря в глаза юноше. – Сами выбрали свой путь. Каждый вершит свою судьбу сам.

– Нее-т, – зло протянул Алвер. – Такими их сделали вы барон и иже с вами. Зажравшиеся наглые ублюдки, живущие за счет своего же народа. Это вы нас такими сделали. И это мы подыхаем на войне и на грязных улочках городов, пытаясь найти себе кусок хлеба в то время как вы устраиваете в своих поместьях балы.

– Ты еще сам ребенок, – ответил я. – Глупый необразованный мальчишка, нахватавшийся высокопарных слов и теперь пытающийся втолковать их мне. Не тебе говорить мне о жизни и несправедливости в ней, парень. Не тебе стыдить меня и учить как жить. Вы все преступники. И это такие как вы грабят и убивают обычный народ. И это вы связались с Черным герцогством, чтобы спасти свои никчемные души. Но когда мы выиграем эту войну, вы все заплатите за свое предательство.

– Оно нам и не нужно, – Алвер гордо выпрямился. – Герону не победить в этой войне. Королевству конец. Наступает новая эпоха. И я надеюсь занять в ней не последнее место. А вот что будет с вами барон? Вы хоть когда-нибудь задумывались что станет с вашей семьей, если Герон проиграет эту войну? А он ее проиграет.

– Ты так уверен в этом, – хмыкнул я, слова юного атамана показались мне смешными.

– Глядя на вас барон я начинаю понимать насколько же люди бывают недальновидны и узколобы, – Алвер брезгливо скривил губы. – Вы поймете, что я был прав, но будет уже поздно. И вообще вы мне надоели.

Серьезные нотки в голосе Алвера сменились на мальчишеское раздражение.

– Уже!? – саркастически заметил я сквозь вновь напавший на меня кашель.