Год волка

Герцоговчанин резко осадил коня, остановился и привстав в стремени, вгляделся в сторону приближающегося отряда, а потом громко гикнув, пришпорил коня и галопом понесся в сторону леса. Его товарищи, увидев новую угрозу, тоже пустились в бега. Мизолтон тяжело опустил меч, воткнув его острием в землю и облокотился на навершие. Карвер спешился, успокаивая одуревшего от усталости и страха коня. Герцоговчане скрылись в лесной полутьме. Лишь один всадник остановился у самого среза деревьев и несколько мгновений смотрел в нашу сторону, а затем и его поглотило темное зево Ливнего леса.

Я, дрожа, подполз к одиноко лежащей чуть в стороне трости, а затем с ее помощью попытался встать.

Мизолтон и Карвер уже шли в мою сторону. Когда конный отряд поравнялся со мной, они уже стояли рядом. Возглавлявший отряд воин в синем плаще, с вышитой на нем золотой геронской короной, спешился, снял шлем с таким же синим, как и плащ плюмажем, расплескивая золотистые до плеч волосы.

– Мизолтон, старый пройдоха. Жив, – воин добродушно улыбнулся, так что его пушистые, под цвет волосам, усы немного встопорщились в стороны.

– Вы опоздали, – хмуро заметил в ответ Мизолтон, по всей видимости, не разделяя его приподнятого настроения.

– А мне показалось что мы как раз вовремя, – иронично пожал плечами светловолосый, разводя в стороны руки. – Вы же живы.

– Живы, – зло пробурчал Мизолтон, – вот только братья Фиммер, Том Заноза и Блезвил мертвы. Остались в том милом лесу.

– Ты знал на что шел Мизолтон, – уже вполне серьезно и мрачно заключил его собеседник.

 – И вполне мог оценить риски, которым подверг себя и своих людей. Ну и что, оно того стоило?

– Не знаю, – огрызнулся Мизолтон, хмуро косясь в мою сторону. – Не спрашивай меня сейчас об этом Квиз.

– Отчего же, – светловолосый командир конного отряда иронично вскинул брови. – Столько трудов, целый год подготовки. Внедрение в банду и вхождение в доверие к их атаману. И все пошло прахом ради вот этих?

Он мотнул головой в нашу с Карвером сторону. Я отвернулся не в силах выдержать его осуждающего взгляда.

С пригорка вниз по тракту неспешно спускалась Мари. Ее лошадь с трудом передвигала копытами, прихрамывая при этом на правую заднюю ногу. Она бы не ушла далеко понял я. И это была еще одной из нескольких причин по которой я не мог прямо взглянуть в глаза Квизу, да и Мизолтону, пожертвовавшему своими людьми и Авелин знает, чем еще, ради нашего спасения, тоже.

– Не начинай Квиз! – печально вздохнув произнес Мизолтон. – Я знаю, что я сделал.