Голод 2

Невинность Кэти была видна даже слепой парализованной мумии, под колпаком векового саркофага, обмотанной тремя тоннами ткани, пропитанной как минимум цементом.

- Оооооооо, - возбужденное дыхание мужчин едва ли добавило оптимизма Кэти, которая содрогнулась, вцепившись в меня пальчиками настолько, что острые ноготки впивались в мою кожу, добавляя остроты и в без того кипящий котел моего вожделения.

- Какой нежный бутончик!...

Я заставлял себя дышать ровно и не планировать, как я буду вырывать зубы один за другим у каждого из этих мужчин, впившихся глазами в мою крошку, а потом резать кожу ровными полосками….

Когда мужчины развернулись к нам, осторожно сделав шаг вперед, словно подкрадываясь, я сам себе напоминал скорее статую с той самой торчащей частью тела, не шелохнувшись и захлебываясь собственными эмоциями, которые едва ли можно было назвать цивилизованными и миролюбивыми.

- Так тебе нравится у нас, девочка? Не нужно пугаться, мы можем показать тебе все очень…мягко.

"Они осторожно приближались, когда я рывком поставил Кэти впереди себя, держа ее дрожащие руки своими ладонями так крепко, что оставлял синяки на нежной коже, склонившись вперед и прошептав в самое ушко:

-…ты должна знать, котенок, что само твое присутствие здесь, дает право этим мужчинам прикасаться к тебе. Здесь не действуют принципы свободы выбора. Тебя может получить тот, кто захочет…если ты не будешь сабой кого-либо. Если ты не будешь принадлежать кому-либо и останешься сама по себе.

Упиваясь мелкими уколами жалящей боли от ноготков, которые впивались в мои руки до крови, я прижимался обнаженной грудью к напряженной спине девушки, с жадностью вбирая в себя ее дрожь и попытки не отпускать меня от себя, когда она сделала шаг назад, словно пытаясь стать частью меня, видя, как мужчины приближаются, заинтересованно рассматривая ее с ног до головы.

- Ну так что, девочка? Идем? Познакомимся? Ты ведь еще не выбрала своего Господина…

- ЕГО! Я - ЕГО! – чуть ли не выкрикнула Кэти, снова делая шаг назад, не обращая внимания даже на то, как в ее ягодички упирался мой возбужденно дергающийся член, потираясь о жесткую ткань джинс.