– Ничего, тебе это только на пользу пошло, а то затяжная депрессия привела к тому, что ты скоро в дверь бы пройти не смогла.
Анита, чуть ускорившись, подошла к Еве и, приобняв ее за плечи, крепко прижала к своему боку и чмокнула в щечку – до сих пор не могла поверить, что ее любимая племяшка и лучшая подруга жива и здорова, и даже очень счастлива.
– Главное, мы снова все вместе и Ева жива!
Женька, втиснувшись между Евой и Рантаиром, тоже обняла ее за плечи и, пожимая ладонью плечо Аниты, счастливо всхлипнула:
– Анита, ты права, как всегда! Главное, мы снова вместе и больше никогда не расстанемся.
Это так прекрасно!
Как только они прибыли на корабль, наемники удалились к себе, а Рантаир поспешил в рубку – сообщить об удаче Вайсиру, который в этот момент находился на своем корабле, совсем недавно вернувшись после переговоров с торговой комиссией Человеческого союза.
Эльтар Йанур доран Вайсир не относился к переговорам спустя рукава, ожидая возможную невесту. Этот рокшанин вообще не умел праздно проводить время, поэтому за прошедший полуторамесячный период на планете Фабиус заключил множество торговых соглашений между Империей Рокшан и Человеческим союзом, так неожиданно открытым и представляющим для рокшан множество интересных возможностей как для торговли, так и для общего сотрудничества.
Вместе с Даиром Ла Роли они спешили закрепить дружеские и экономические отношения для будущего плодотворного общения трех различных, но в то же время таких схожих народов.
Особенно старался Даир Ла Роли – блестящий дипломат и торговец, стремясь произвести самое благоприятное впечатление на представителей расы людей, имеющих такое бесценное сокровище, каким для любого леморанца являются человеческие женщины.
Иногда Йанур замечал, как в золотых раскосых глазах наемника, из-под полуопущенных ресниц наблюдающего за людьми, сверкает охотничий азарт и хищный радостный блеск мужчины, обхитрившего и победившего своего будущего соперника или конкурента.
За время пребывания на Фабиусе Вайсир успел познакомиться со многими сферами человеческой жизни и узнал немало разных поговорок. И в этом случае он, усмехаясь про себя, дал однозначную оценку произошедшему. Люди так и не поняли, какого прожорливого и наглого козла – хотя тут скорее кота – пустили к себе в огород.
Йанур лишь надеялся, что они не слишком поздно поймут, куда и с какой целью устремится река девушек.
