Через мгновение мужчина повернулся к Женевьеве снова, и именно в этот момент, когда его вишневые глаза снова распахнулись, у нее возникло странное ощущение, что он как будто чем-то удивлен и обнадежен. Ее вниманием и интересом?
Не давая себе времени на раздумья, она порывисто встала с кресла и направилась к Йануру, мягко покачивая бедрами. Она решила: «Эх, похоже, с будущим мужем определилась, пора начинать завоевывать».
Женевьева, мягко улыбаясь, шла к мужчине через всю комнату и заметила, что он снова затаил дыхание, замер и не сводит с нее глаз.
Подойдя почти вплотную, она быстро заговорила, продолжая улыбаться:
– Здравствуйте! Мы не знакомы, меня зовут Женевьева. Пока дождешься, чтобы Рантаир представил нас друг другу, можно покрыться плесенью и умереть от старости. Я знаю, что вас зовут эльтар Йанур доран Вайсир! Простите нас с Анитой: мы еще не совсем привыкли к вашим именам, титулам и правилам этикета, да и языка не знаем, но обещаю – скоро научимся.
Станем такими же вежливыми, как и Ева с Рантаиром!
Она кокетливо улыбнулась и, протянув руку, взяла ладонь Йанура. Слегка пожав его пальцы, она послала ему огонек симпатии. И в следующий момент почувствовала горячую волну удовольствия, окатившую ее с головы до ног и жарким пламенем вспыхнувшую внизу живота."
"Покачнувшись от неожиданного наслаждения, она, не сознавая, что делает, ухватилась рукой за ворот харуза эльтара Вайсира.
Уткнувшись лицом ему в грудь, пыталась прийти в себя и все еще продолжала гореть от прикосновения, чувствуя его и, как ни странно, ощущая не просто аромат тела мужчины, но и его энергию. Такое случилось впервые, и Женевьева с легкой усмешкой заметила, что человеческие мужчины пустые и безвкусные по сравнению с Вайсиром. Вот что она искала в других и в поисках чего вытерпела два суперкоротких романа на Земле, а после горького осознания, что это все не для нее, провела столько лет в безнадежной депрессии.
И тут вдруг такое!
Отстранившись, Женевьева заглянула Йануру в лицо и замерла. Сжав губы в тонкую линию, словно пытаясь сдержать крик, и закрыв глаза, мужчина явно испытывал то ли боль, то ли удовольствие, крепко сжимая ее руку своей. Он часто дышал, его грудь ходила ходуном, и Женевьева заметила, как по его телу пробегает едва заметная дрожь.
