Хриплым, сорванным от крика голосом шепнула:
– Если ты будешь так радовать меня хотя бы через день, я стану самой счастливой женщиной во Вселенной.
Крепко прижав меня к себе, Рантаир перебирал мои волосы, изучал лицо, водя по нему пальцем, гладил спину и бедра. Я тоже решила от него не отставать – трогала и целовала все, до чего могла дотянуться.
Он заглянул в мои глаза и сказал:
– Никогда прежде я не прикасался к женщине таким образом. Не знал, что может существовать настолько тесное слияние души и тела.
Твоя кожа – как лепестки цветов, твой вкус и запах не сравнятся ни с чем. Я умру, если потеряю тебя, моя лианэ. Ты получишь все, что захочешь.
– Подожди, ты хочешь сказать, что никогда не занимался сексом? Если так, то у тебя просто природный талант!
Я потрясенно смотрела на него, пытаясь догадаться: шутит или нет? А Рантаир пристально вглядывался в мое лицо, слишком крепко прижимая меня к себе, словно боялся, что я сейчас встану и уйду. Потом, устало откинувшись на кровати, как-то отстраненно начал рассказывать, как будто история была не о нем.
"
"– После моего рождения, когда выяснилось, что я белый, отец запретил матери мучиться и нанял огромный штат сиделок и кормилиц, которые менялись с космической скоростью, как ты понимаешь. Едва я начал ходить, стал абсолютно неприкасаем: такой во мне был голод, что любое мое прикосновение приносило только шрамы и боль. Отец, надо отдать ему должное, – единственный, кто всегда был рядом, и моим воспитанием и обучением он занимался лично.
В нашей семье каждый по-своему любил меня, но они все равно боялись – я понял это очень рано, но ничего не мог поделать. Я жил словно в вакууме одиночества. Вроде и не один, и рядом постоянно кто-то есть, но как будто на необитаемой планете.
Выход для себя я нашел в двенадцать лет – космос. Мое детство – это не игры, а постоянная учеба и тренировки. У любого ребенка есть друзья, мне друзей заменяли книги. На Рокшане прямым наследником можно стать, только будучи лином, а в моем случае шансы были равны нулю.
За все время ни один из белых не стал лином. Мой брат никогда бы не получил разрешение Совета покинуть Рокшан, меня же не просто отпустили, а торжественно проводили. Хотя найти команду оказалось чрезвычайно сложно, учитывая специфику капитана корабля. Мой экипаж получает в три раза больше, чем на любом другом корабле. И на моем корабле нет ни одного аристократа, хотя согласно статусу на нем должны служить только нессы.
