Голос Вессема. Радиомолчание

Она знает, что надо делать.

— Ольге Гольц? Она не твой куратор.

— И психиатру тоже.

— А теперь расскажи мне, как можно подробнее.

Я принялась описывать свои ощущения и перечислять, что делала, чтобы прийти в себя.

— А еще Олли мне давала кислые конфеты. И сигареты, — добавила я в конце.

— И это помогало?

— Еще как!

Карим записал что-то в свой планшет.

— Конфеты — отлично, я узнаю, что она тебе давала. Сигареты — исключено, — сказал он. — Никаких психоактивных веществ. Мы найдем адекватную замену.

Интересно, какую адекватную замену они предложат Эрике, подумала я и прикусила губу, чтобы не рассмеяться.

— Работа теперь станет более интенсивной, и в борьбе с дереализацией нужен системный подход. Я познакомлю тебя с расписанием тренировок. На этой неделе нам надо проверить максимальное число подключений, возможное для эффективной работы. Сейчас у нас восемь человек с нейроимплантами, в идеале ты должна уметь работать со всеми одновременно. На следующей неделе будем выполнять упражнения.

— Какие?

Мне действительно было интересно, и Карим принялся объяснять.

— Реталин… Можно звать тебя по имени? Ты пробовала писать правой рукой один текст, а левой другой?

— Я вообще не умею писать левой рукой.

Я и правой-то писала так себе.

— Тогда попробуй правой отбивать ритм… Давай, пробуй. Вот так. А левой… Ну, например, рисуй круг открытой ладонью.

Я попробовала, пару раз сбилась, и мне стало смешно.

— Вот так, — заметил Карим, улыбаясь. — Ты молодец, быстро справилась. А теперь представь, что тебе надо сделать то же самое, только не с руками, а с людьми.

И их будет не двое, а четверо. Или шестеро. Вот этому мы посвятим следующую неделю. Хорошо, если для начала получится справиться с двумя.

— А потом? Что еще через неделю?

— Учения, — сказал Карим. — Ты не знаешь? У нас совместные учения с Северным союзом. Они не долгие, так что потом продолжим. Будем корректировать программу в зависимости от твоих успехов. Завтра начнем.

***

И мы начали.

Карим сумел добиться, чтобы я одновременно подключалась к пяти модификантам, но и то только если один из них был Коди, и делать при этом ничего особо не могла.

Успехи Эрики мало отличались, Иштан сумел подключиться к шести, и в конце концов кураторы, посовещавшись с доктором Ланге, определили пять как оптимальное число, к которому надо стремиться. Герр доктор произнес длинную речь, суть которой сводилась к тому, что мы должны больше стараться, и тогда наш мозг подстроится.