Голос Ветра (СИ)

Они росли так плотно, что между ними не пролезть, а если кто пролезал, то обнаруживал между стволами и ветками колючую проволоку.

Кроме нашей семьи, в доме жила Марина Николаевна, это бывшая учительница моей мамы. Я так поняла, мама не любила математику и бывшей учительнице предложила стать служанкой. Вообще-то Марина Николаевна числилась как моя гувернантка и репетитор, но я отличница, особенно в местной школе, поэтому сушёная тихая старушка убирала и готовила. Марина Николаевна оказалась в сложной жизненной ситуации под старость лет.

У неё плохой сын, весь в долгах, и пришлось старушке продать квартиру, чтобы как-то помочь своему взрослому сыну. Теперь жила у нас. Но я думала, что её ненадолго хватит. И хотя ей идти некуда, мама вела себя как полная дура, силиконовая повелительница.

У меня вот две бабушки верующими были. И я теперь думала, что Бог точно есть. Жила бы я с мамой, получила бы её воспитание. Вот такой быть – фу!

Поднялись роллеты, включился свет в гараже, мама заехала внутрь. Тут же набрала номер папы.

— Тарас, любимый, убери своих собак, я ребёнка привезла.

Пока из машины выходили, раздался свист на всю округу. Это папа вышел собак в вольеры убрать.

Мы выглянули из гаража. У нас, как в лучших домах Европы, дорожки, альпийские горки из-под снега виднелись, горели красивые фонарики.

В папе роста метр девяносто два и сто тридцать килограммов веса, при этом почти не было живота, он качался. Волосатый торс, голова бритая и чёрная борода с седыми прядями. На голое тело накинул куртку.

Мы уже вышли, а он ещё свистел, и собаки бежали за ним, виляя купированными хвостами, но так как хвостики совсем мелкие, виляли собаки попами.

Пока папа не обернулся, мы с мамой семенили к дому, чтобы не попасться под горячую руки или тяжёлую ногу. Зависит от того, что папа сегодня пил: кофе или коньяк.

Такой дом большой, а прихожая маленькая. Планировка отвратительная, бывшим хозяевам нужно было иметь двадцать пять комнат, а какого размера, неважно. Здесь кругом норки.

Большое зеркало, на кирпичной стене уродливые бронзовые светильники.

— Вкусно пахнет, — принюхалась мама. — Марина!

Наша гувернантка показалась в прихожей, вышла из кухни. Очки круглые поправила и улыбнулась.

— Инга Олеговна, — выпендрилась мама, вешая куртку на плечики и убирая её в шкаф-купе. — Чем так вкусно пахнет?

— Тарас говорит, что гости приедут скоро. Я буду ночевать в домике.

— Даже так, — тяжело сглотнула мама, я в непонимании уставилась на неё.