Голос вождя

И крепко пожал молодому командиру руку.

— Да не за что, — смутился Наметов. — Служба у нас такая…

О! Так это я, оказывается, трофейный «Вальтер» так в левой руке и держал.

— Прости! — Я поставил пистолет на предохранитель и убрал его в карман комбинезона. — Давай!

Свинтив колпачок, я торопливо глотнул и закашлялся. Нет, водка оказалась приличной — просто горло от беготни и всех этих приключений пересохло. Первый глоток не помог, пришлось повторить, и только тогда ОТПУСТИЛО.

— Это Бармалей о нас рассказал?

— Кто? — удивился осназовец.

 — А, водитель Варфоломей Сидоров? Он. Доковылял до нас, чуть кровью не истек. В госпитале сейчас, жить будет. Я со своими ребятами вас на вокзале ждал — приказ самого наркома! Смотрим, что-то вас долго нету. Погранцы докладывают с третьего поста — мол, в городе идет бой, предполагаем нападение на колонну 1-й гвардейской, выдвигаемся на подмогу. Тут и Сидоров прибегает — кричит: комиссара и докторицу какие-то ряженые повязали, гоните на помощь, а то мне генерал голову оторвет! Мы прыгаем в полуторку и на выручку, а там уже и след простыл, только несколько трупов в нашей форме. Пришлось устроить настоящую загонную охоту. Мы бы вас еще днем отбили, когда эти уроды в грузовике пытались прорваться. Но тут нас бомбить начали — у меня трое раненых. Но ничего — вот это замечательное место нашли и подготовили.

— Что со штурмовиками Бата?

— С гвардейцами, которые вас сопровождали? — уточнил Наметов. — Разнесли засаду к чертовой матери! А потом погранцы подоспели и помогли ловить разбежавшихся диверсантов.

Вы им своим бегством руки развязали — вместо того чтобы вас прикрывать, они развернули полномасштабные боевые действия. Увлеклись, ребята… Генерал Бат, по слухам, очень их за это ругал!

— Ну и слава б… гм… труду!

— Так как, тащ комиссар? Проводить вас на вокзал? — усмехнулся Наметов. — Мы вас никому в обиду не дадим!

— Я не против! — рассмеялся я.

Час спустя мы со Светланой устроились в «мягком» вагоне.

Чаю никто не разносил, но старший лейтенант обещал вскоре принести что-нибудь перекусить. Если обладать богатой фантазией, то можно было вообразить себя Очень Важной Персоной — простые-то пассажиры битком набивались в теплушки, а мы поедем в пульмане. Совесть меня, впрочем, не грызла. Мы-то не эвакуировались, мы ехали с передовой на важную встречу.

— Больше не могу, — пробормотала Сморкалова. — Спать хочу — умираю!

— Ну конечно, — поддержал я ее.