Что?! Что, черт возьми?! Не помню… Не понимаю. Потом явились Лена и Саша. Надо спросить их, горел ли в квартире свет, когда они вошли. Почему это важно? – спросила она себя. И тут же ответила: – Известно так мало, что важно все. А прежде всего известно, что Игорь сидел при свете первые два вечера. А еще что? Что еще?»
«А больше ничего. Самого главного мы так и не знаем. Кто это был, зачем он убил, и где он сейчас. Исчез навсегда? Или милиция его найдет? Да не все ли равно? Я чиста, я свободна, я не убивала, я даже не помогала убийце.
Единственное, что я сделала – взяла деньги с общего счета. Но я имела на это полное право. И это не вызовет подозрений. Надо принять ванну, раздеться и наконец-то уснуть. Зачем я тогда сижу тут и мучаюсь?»
Ответ пришел сам – из ниоткуда, из тишины пустой квартиры, с темной улицы, из ее собственного больного, усталого мозга. «Мне страшно, я его боюсь. Не знаю, кто он, не знаю, как он сюда попал. Но я здесь одна. Мне страшно».
Звонок сорвал ее со стула. Она вскочила, а сердце покатилось куда-то вниз, в желудок.
Понадобилось время, чтобы оно вернулось на место и бешено застучало. Первый взгляд она бросила на часы. Пять утра! Невероятное время для случайного звонка! Звонили в дверь. Она стояла, схватившись за спинку стула, с расширенными безумными глазами, обливаясь потом. «Ошибка… – твердила ее трусливая половина. Другая половина, трезвая и рассудительная, возражала: – Нет, не ошибка. Никогда и никто не звонил в дверь в подобное время. Звонят именно потому, что тут убили Игоря.
Потому, что здесь ты. И звонит тот, кто все это знает. Иди к двери. Иди! Он все равно видел, что в квартире горит свет. Не притворяйся, что тебя здесь нет. Иди туда. Спроси, кто там». «А если он выстрелит через дверь?» – плаксиво спрашивала трусливая Анжелика. А храбрая Анжелика возражала: «Пальнет? И разбудит весь дом? Иди. Он ничего тебе не сделает. Ты хотела узнать, кто здесь был, так вот тебе!»
Она преодолела себя, сделала несколько шагов по коридору.
В это время снова позвонили. Девушка привалилась к стене, ее трясло с ног до головы. «Какой упорный… Не уходит, названивает… Я ему нужна. Что делать? Вызвать милицию?» Возможно, это было самое разумное, но вместо этого она сделала еще пару шагов и, не подходя вплотную к двери, спросила слабым голосом:
– Лика, извини… – приглушенно донеслось оттуда. – Это Юра. Ты не спишь?
– А… – только и вырвалось у нее. Юра жил на той же площадке, его дверь была напротив.
