Голоса ночи (сборник)

Наконец она спросила прямо, что происходит с его бизнесом? Что стряслось? Катастрофа или просто легкий шторм?

Только тогда, а это было вчера, он соизволил поднять отяжелевшие веки, скользнуть по ее тщательно накрашенному лицу ничего не выражающим взглядом и промолвить, что дела в самом деле идут неважно. Но пусть она не переживает, это дело временное. Неудача, непредвиденные расходы, долги.

И вдруг, уронив голову в колени, внезапно затряс плечами. Жена оцепенела. То, что она видела, настолько не вязалось с образом Бориса, который успел у нее сложиться, что она растеряла все заранее приготовленные слова.

Только что она собиралась кинуть ему эту подачку – свое согласие на ремонт дачи, которую все еще ненавидела. И вот – это ничем не увенчалось.

– Невероятно, – прошептала женщина. – Так что случилось?

– Ничего. Ложись спать.

– Спать? – Она вскочила с дивана. – Нужно что-то предпринимать, а не спать. Немедленно говори, что происходит?

И тогда он сказал. Мария слушала внимательно, всячески стараясь подавить нараставшую панику.

Он закупил большую партию товара. Кажется, дело пойдет на лад. Но сейчас выяснилось, что товару требуется некоторое время полежать на складе. Может быть, месяц. За это нужно платить. Он никогда не связывался со складской системой. Партия большая. Требуется заморозка.

Мария вздохнула с облегчением. Ей уж было представилось, что дела обстоят намного трагичней.

– По-твоему – ничего?

– Конечно. Заплатишь.

– С каких шишей? – Он поднял раскрасневшееся лицо и взглянул на нее потерянным, злым взглядом.

 – Я все вложил в товар.

– Возьми кредит, – она лихорадочно подсчитывала в уме, какова должна быть процентная ставка. – Сколько тебе нужно площади? Сколько они возьмут? Сколько ты собираешься заработать? В конце концов, в Москве не один только подходящий склад, найдем и подешевле, если там с тебя хотят содрать слишком много… Я даже сама могу…

Но все ее конструктивные предложения разбились о его слова:

– Никто мне кредита не даст.

Она уронила руки. Колени внезапно ослабли. Мария почувствовала себя отвратительно, эти слова выбили у нее последнее оружие – ее рациональность.

– Мне не верят в долг. Я… Ах ты! – Он вцепился в свои тщательно причесанные черные волосы, которые она так любила перебирать кончиками пальцев, лежа рядом с ним в постели. Мария едва не сделала движения, чтобы остановить это варварство. Сердце замирало в груди: у нее не было сил видеть, как муж убивается.