"
"– Возьмите мой носовой платок, пожалуйста. Оберните вокруг рукоятки, – быстро подсказал ему Найджел.
Врач удивленно взглянул на него, но платок взял. Они с сестрой опустились на колени рядом с Джимми. Харкер Фортескью отвернулся. Врач быстрым движением вытащил нож; сестра приложила к ране тампон. Джимми Лейк что-то пробормотал.
– Что он сказал? – резко спросил Найджел. Врач ответил:
– Я не совсем уверен. Что-то вроде: «Алиса… Она… не отпустит меня». Вы тоже слышали, сестра?
– Мне показалось, он именно это сказал, сэр.
– Ах, совсем забыл, – проговорил себе под нос Найджел. – Нужно же позвонить его жене. Сестра, прошу вас, позовите меня, если он еще что-нибудь скажет. Это исключительно важно.
Найджел нашел в записной книжке домашний телефон Джимми. Алиса Лейк взяла трубку. Она уже в постели, но выведет машину и немедленно приедет. Эх, надо было сделать это сразу! Сколько времени прошло после того, как Джимми позвонил в столовую? Десять – пятнадцать минут? Отведя в сторону Харкера Фортескью, он попросил его позвонить майору Кеннингтону, Мерриону Сквайерсу, Брайану Инглу и Эдгару Биллсону.
Последние трое живут слишком далеко от министерства и не могли еще приехать домой, и все же кто знает…
– Приходит в себя, – сказал врач, применивший тонизирующее средство. – Нет-нет, отойдите, пожалуйста, все отойдите!
Найджел смотрел, как дрогнуло бескровное лицо директора, как у него слегка приоткрылись глаза. Но Джимми ничего не видел вокруг; глаза его закрылись, снова открылись; он глядел вокруг, ничего не понимая.
– Свет погас… – чуть слышно пробормотал он. – Хелло, Найджел, старина…
– Не разговаривайте! – сказал врач, потом повернулся к Найджелу. – Его пока нельзя расспрашивать.
– Хорошо, хорошо, – успокоил его Найджел. – Но одно совершенно ясно: он не видел, кто на него напал.
– Как вы это определили, сэр? – спросил врач, встав с пола и положив нож на стол.
Найджел не ответил. Он не мог отвести взгляда от ножа с длинным лезвием и завернутой в его носовой платок рукояткой. Потом снял с него платок – да, это один из тех ножей, остроконечных, с тонким лезвием, длиной восемнадцать дюймов, которыми пользуются в художественной студии для разрезания бумаги; лучшей замены стилету современному убийце не сыскать.
– А теперь, сэр, – говорил в это время врач Харкеру Фортескью, – если вы закончили, я вызову «скорую помощь». Раненого надо отправить в больницу.
– Нет, – сказал Джимми с закрытыми глазами. – Нет. Никакой больницы. Отвезите меня домой.
