Но если смотреть, как я уже сказала, на оба типа волос обычным взглядом, то разницы нет. Потрясающе профессиональная окраска. Мы уже занимаемся парикмахерскими, которые используют именно эту краску, и ищем тех мастеров, которые использовали именно этот оттенок в последние несколько дней до свадьбы Данилиных.
– Отлично. Обязательно держите меня в курсе событий. Что-то еще?
– Пока все, – вздохнула Терентьева. – Но и это уже прогресс. Ведь если наша убийца как-то связана с Ариной и была в шале, то многое становится ясным и понятным.
– Почему вы думаете, что убийца была связана с Ариной Данилиной? Может быть, это волосы и отпечатки пальцев подруги Арины. Как ее зовут, Алиса, кажется.
– Нет, у Алисы, а я с ней тоже беседовала после убийства Глеба Алексеевича, волосы совершенно другого цвета – не пепельно-русые, а русые с рыжинкой. И ночевала она не в шале, а в гостинице, в городе. В дом она, по ее утверждению, не заходила вовсе. А что касается моей догадки, то если у Арины, как мы уже говорили с вами по этому поводу перед вашим отъездом, был сообщник, вернее, сообщница, то ее было проще простого впустить в дом и спрятать.
Особенно после того, как в вас стреляли. Помните, все сразу кинулись в сосняк искать стрелка? А что, если она, убийца, сделав крюк…
– Вернулась в дом, где ее никто и не думал искать! – закончил за капитана фразу Лев Иванович. – Марина, вы умница! – похвалил он Тереньтеву, и тут же перед ним мелькнуло воспоминание – некий силуэт на втором этаже, который отступает в глубь комнаты от окна, чтобы спрятаться от взгляда Гурова.
«Значит, мне не показалось, – подумал он. – Значит, в доме и вправду кто-то был, кроме Арины Данилиной. В девичестве – Смеховой».
Глава 34
Двери Крячко открыла сиделка, женщина в возрасте, но крепкая и ширококостная, представившаяся Аленой Максимовной.
– Проходите в гостиную, я сейчас вывезу его к вам. Он в библиотеке. – Но немного погодя она вошла в комнату и сказала: – Пойдемте со мной.
Капризничает сегодня, не желает на солнце выезжать.
В гостиной квартиры Корсунова Станислав уже бывал, когда приходил беседовать с Данилиным-старшим, и она не произвела на него большого впечатления. Гостиная как гостиная, каких много. Но вот от библиотеки полковник пришел в восхищение, потому что никогда в жизни еще не видел столько книг в частной коллекции. Это не были фолианты в красивых обложках, которые так модно выставлять нынче напоказ.
