Липатов привез ее туда, где под ногами хрустели сосновые иголки, а потом бросил в какую-то комнату, где вкусно пахло натуральным деревом и березовыми вениками. Маша сразу поняла, что попала в баню.
Осторожно, шаг за шагом она решила исследовать помещение. Связанными руками она нащупала стол, лавочки. Это был предбанник. На столе – пусто, на лавках какие-то покрывала, что весьма пригодилось, потому что было зябко. Маша легла на лавку и кое-как укрыла себя. В этот момент в голову приходили самые разные мысли.
Она вспоминала свою жизнь, свое детство, деревню и баню. Вспоминала, как мама парила ее маленькую, хлестала веником. А сейчас она здесь, и баня теперь стала ее пленом. Вот так, в один миг, какое-то чудовище осквернило самые теплые воспоминания детства.
«Что я сделала не так? Чем заслужила такие испытания? – задавала себе вопросы Маша. – Где я оступилась? Где провинилась? И все же я не права, что сейчас обижаюсь на судьбу. Даже если он меня убьет, я могу с уверенностью сказать, что прожила отличную жизнь.
У меня прекрасный муж, работа. Я добилась большого успеха, меня узнают на улице, мной восхищаются. О чем еще может мечтать женщина? Этому ублюдку не удастся отнять у меня самое главное – мое уважение к себе и собственное достоинство. Если уходить из этого мира, то только с гордо поднятой головой! Хотя, стоп, Машка, а что это ты раскисла, чего ради тебе прощаться с жизнью? Разве этот подонок заслуживает победы над тобой? Этот недочеловек, который бестолково тратит свою жизнь, не зная границ дозволенного? У него нет цели в жизни, он – ничтожество, живущее ради денег, во имя денег.
Да, все так… Только, к сожалению, моя судьба сейчас в его грязных лапах. Лева, милый Лева, где же ты сейчас?»"
"Душевные терзания закончились тогда, когда Марию наконец одолел сон. Здесь, в тишине, спалось замечательно, если не учитывать неудобную позу со стянутыми между собою руками и отсутствие подушки под головой.
Все же стресс дал о себе знать, и организм потребовал сил для восстановления.
Гуров и Крячко прибыли на съемочную площадку, опросили всю группу, члены которой пребывали в настоящем шоке: рабочий процесс был остановлен, а причин никто не называл. Режиссер рассказал, что замечал нездоровый интерес Марии к персоне Липатова, и понимал, что это серьезная игра вне кино, поэтому не вмешивался.
