Головоломка

 — Не могу, Стив.

— Будет бесплатная выпивка, — сказал Карелла.

— Нет.

— Ты что, не можешь уговорить свою девушку?

— Нет.

— Коттон, я прошу об одолжении.

— Постой секунду, — сказал Хейз и прикрыл ладонью трубку.

— Нет, — моментально сказала Кристин.

— Тебя приглашают в гости, — сказал Хейз. — На свадьбу. Что ты скажешь на это?

— Я хочу поехать на прогулку. Я не ездила на речные прогулки с восемнадцати лет.

— Мы поедем в следующее воскресенье, о'кей?

— В следующее воскресенье у тебя нет выходного.

— Хорошо, в первое же воскресенье, когда у меня будет выходной, о'кей?

— Нет.

— Кристин?

— Нет.

— Солнышко?

— А, к черту.

— Ну, хорошо?

— К черту, — снова сказала Кристин.

— Стив, — сказал Хейз в трубку, — мы придем.

— К черту, — сказала Кристин.

— Куда мы должны приехать?

— Вы можете приехать ко мне домой около двенадцати?

— Разумеется. Какой у тебя адрес?

— Дартмут, 837. Это в Риверхеде.

— Мы будем.

— Огромное спасибо, Коттон.

— Пришли венок на мои похороны, — сказал Хейз и повесил трубку.

Скрестив руки на груди, Кристин стояла возле телефона. Она вся дымилась от негодования. Хейз попытался обнять ее, но она быстро отстранилась.

— Не прикасайтесь ко мне, мистер Хейз.

— Солнышко…

— Хватит называть меня «солнышком».

— Кристин, солнышко, у него неприятности.

— Ты обещал мне, что мы поедем на эту прогулку. Я обо всем договорилась еще три недели назад. А теперь…

— Но тут такое дело, что я не мог уклониться. Слушай, ну так вышло: Карелла мой друг и ему нужна помощь.

— А я для тебя кто?

— Девушка, которую я люблю, — сказал Хейз и привлек ее к себе.

— Разумеется, — ответила Крисгин холодно.

— Ты ведь знаешь, что я тебя люблю. — Он поцеловал ее в кончик носа.

— Разумеется. Любишь, как же. Да я для тебя просто веселая вдова, которую ты…

— Ты очень милая вдовушка.

— …подцепил в книжном магазине.

— В очень милом книжном магазине, — сказал Хейз и поцеловал ее в макушку. — У тебя такие приятные мягкие волосы.

— И не думай, что у меня так уж никого нет на свете, — сказала Кристин, по-прежнему прикрывая скрещенными руками грудь.

— Я знаю, — сказал он и поцеловал ее в мочку уха.

— Ты паршивец, — сказала она. — Просто так уж получилось, что я люблю тебя.

— Я знаю. — Он поцеловал ее в шею.

— Перестань.

— Почему?

— Ты знаешь, почему.

— Так почему?

— Перестань, — сказала она, но голос ее стал мягче, а руки не такими напряженными.