Головоломка

— За этим столом круглые сутки кто-нибудь находится?

— Круглые сутки, сэр. У нас три смены. С восьми утра до четырех дня, с четырех дня до полуночи и с полуночи до восьми утра.

— Вы заступили в полночь, так?

— Так, сэр.

— Клиенты были в вашей сегодняшней смене?

— Да, несколько, сэр.

— Не заметили кого-нибудь в окровавленной одежде?

— Окровавленной? О, нет, сэр.

— А вы бы заметили?

— Что вы хотите сказать?

— Вы обращаете внимание на то, что делается в холле?

— Стараюсь, сэр. Во всяком случае, большую часть ночи.

Я иногда могу вздремнуть, если нечего делать, но обычно…

— Что вы изучаете?

— Бухгалтерское дело.

— Где?

— В университете Рамси.

— Вы позволите нам взглянуть на регистрационную книгу?

— Конечно, сэр.

Он подошел к почтовой стойке, взял лежавшую там регистрационную книгу, вернулся к столу и открыл ее:

— Все нынешние клиенты — наши постоянные жильцы, за исключением мистера Ламберта из 204-го и миссис Грант из 701-го.

— Когда они вселились?

— Мистер Ламберт вселился… прошлой ночью, по-моему.

А миссис Грант живет здесь уже четыре дня. Она съезжает во вторник.

— Это собственноручные подписи клиентов?

— Да, сэр. Всем постояльцам мы предлагаем расписаться собственноручно, как требует закон штата.

— Ты понял, Коттон? — улыбнулся Карелла и опять повернулся к Сэнфорду: — Вы не будете возражать, если мы посмотрим журнал вон там, на кушетке?

— Видите ли, сэр…

— Я вам дам расписку, если хотите.

— Да нет, не надо. Ничего страшного, я думаю.

Полицейские сели с журналом на кушетку, обтянутую потертым красным вельветом.

Карелла, примостив журнал на коленях, развернул записку, найденную у Мерси Хауэлл. В отеле проживало пятьдесят два человека. Карелла и Хейз просмотрели весь журнал, затем принялись листать его во второй раз.

— Стоп! — вдруг воскликнул Хейз.

— Что?

— Глянь-ка сюда.

Он взял записку и расправил ее прямо над одной из подписей:

Где ваша одежа, мисс?

Ангел Мести

Тимоти Аллен Меймз

— Ну что, видишь? — спросил он.

— Почерк другой, — возразил Карелла.

— Инициалы совпадают, — показал Хейз.

* * *Детектив Мейер Мейер еще не отошел от шока. Он не любил привидения. Ему не нравился этот дом. Он хотел домой. Он хотел лежать в кровати рядом с женой Сарой. Ему хотелось, чтобы она погладила его по руке и сказала, что таких вещей не бывает, и ему, взрослому человеку, нечего пугаться! Как он мог поверить в духов, тени, голландских призраков? Смешно!

Но он их слышал, ощущал их ледяное присутствие, какое-то мгновение почти видел их.