Голубая звезда

Вторая, я стою слишком близко к огню, мне начало припекать зад, и мне все это уже порядком поднадоело. А когда мне что-то очень надоедает, я становлюсь непредсказуемой. Так что теперь давай тщательно подбирай слова, потому что я чувствую, что еще немного, и вся эта непредсказуемость вырвется наружу. Где бриллиант?

— Я сказал, что у меня его не будет до завтр…

Не успел он закончить, как Аллегро спустила курок и прострелила ему колено. Сначала он заметался в кресле от боли, потом схватился за ногу, и начал орать.

Но Аллегро ожидала этого, и успела закрыть ему рот ладонью. Она удерживала его в кресле.

— Я никуда не тороплюсь, — спокойно сказала она. — И могу всю ночь заниматься проделыванием в тебе новых дырок. А когда с тобой закончу, всегда останется твоя мать.

Из глаз Манфреда побежали слезы. Агония нарисовалась на его лице. Он сипел проклятья на немецком сквозь сжатые зубы.

— Ладно, давай так. Еще одна попытка. Неправильный ответ, и тебе придется лечить два колена. Где бриллиант?

Вульф глядел на нее, и стонал от боли и ярости.

— В книжном шкафу.

— Показывай.

Вульф показал на один из трех стеллажей в комнате.

— Дай-ка мне… — сказала Аллегро.

— Нижний ящик.

Продолжая держать его на прицеле, она подошла к шкафу и поискала среди скатертей и носовых платков, пока не нащупала что-то твердое. «Голубая Звезда». Аллегро какое-то время смотрела на камень, потом снова завернула в платок и положила в карман.

— Видишь, совсем не так уж сложно.

Перед тем, как уйти, она перерезала телефонный кабель, забрала у Манфреда сотовый и наступила на него со всей силы сапогом.

Она планировала покончить с Вульфом, но ей не поступало приказания его убивать. И потом, она вспомнила об инвалидном кресле. Кто-то должен был ухаживать за старушкой, которая мирно спала в соседней комнате. Аллегро направилась в коридор, и произнесла в Bluetooth-микрофон:

— Я выхожу.

— Знаю, — ответила Домино. — Жду тебя.

Аллегро сняла лыжную маску и убрала пистолет в кобуру.

Машина ждала ее у самого подъезда.

— Мы выехали в аэропорт, — сказала Аллегро Монтгомери Пирсу, как только шеф ОЭН оказался на линии.

— Хорошо, — ответил Пирс, таким спокойным голосом, какого они не слышали за последние разы, когда с ним связывались. — К трем часам быть в Кабуле. Тысяча пятьсот, по местному времени. Вы должны ждать с простым белым конвертом на северо-восточном углу перекрестка Саланг Ват и Шир Али Хан. Твое имя Сайе.