Голубая звезда

Я надеюсь, что до этого не дойдет, но буду помнить о твоем предложении. Будем надеяться, что продажа дома решит большую часть моих проблем. Тогда я смогу снять квартиру поблизости и навешать тебя, правда?

— По мне, и так, и так хорошо. Ты ведь останешься жить в Амстердаме? — в голосе Гофмана звучало неподдельное участие.

— Я не привязана ни к какому конкретному месту. Потом у меня с собой компьютер, я могу работать. А если я здесь, хотя бы могу заходить к тебе, навещать маму.

— Как бы я хотел помочь тебе чем-то большим, — сказал Гофман.

 — Помню, я тебе говорил, что буду приглядывать за домом, но с тем делом, над которым я сейчас работаю придется задержаться тут еще на несколько дней. Тебе что-нибудь нужно?

— Нет, спасибо, все в порядке.

Крис стояла так близко к шкафу, за которым спряталась Аллегро, что та слышала знакомые лавандовые нотки парфюма.

— Хотя… вот если бы ты показал мне, где секретный сейф… Я помню, ты объяснял по телефону, но я так была занята мыслями обо всех этих долгах, что все уже, как в тумане.

— Ты же знаешь, где сама комната, так?

— Да, — ответила Крис. — Отец рассказывал мне о истории особняка и показывал стену вокруг комнаты священника. Но я думала, что единственный вход замуровали еще несколько лет назад."

"Комната священника? Почему она раньше не додумалась? Особняк был построен в семнадцатом веке, в период Реформации, когда католические службы во всей Голландии велись тайно. В Амстердаме до сих пор сохранились некоторые «тайные церкви», устроенные прямо в частных домах.

Они притягивают массу туристов. В большинстве таких церквей была комната священника, небольшой альков с потайной дверью, где святой отец прятался, если власти узнавали о церкви.

— Раньше в комнату можно было попасть по маленькой лесенке ведущей из подвала, — сказал Гофман. — Но Ян этот вход заложил. Думаю, он боялся, что тайник слишком легко найти, поэтому он решил все переделать. С его стороны было очень разумным устроить в саду новый вход.

Сад. В конечном итоге, Аллегро нашла бы вход, но сейчас она благодарила случай за то, что ей не придется перебирать все альтернативы.

— Я столько лет играла там, все изучала, — сказала Крис. — Удивительно, как я его не обнаружила. Или как садовник не нашел его.

— В том-то и гениальность идеи — расположить его на самом видном месте.

Крис что-то сказала, но Аллегро не смогла разобрать.

Потом она добавила.

— Мне нужно бежать, дядя. Спасибо тебе за все.

— Я тебя провожу.