Голубка

– Сейчас придем в гостиницу, я скажу, что ты моя родственница. Поняла? Лишнего не болтай. Тут военный объект! – строго сказал он.

Остаток пути прошли молча.

Гостиница – двухэтажный кирпичный домик – являла собой то же самое общежитие, только для военных моряков.

Поднялись на второй этаж. По коридору ходили парни в тельняшках и спортивных штанах. На кухне сохли ползунки. Какая-то женщина в конце коридора укачивала младенца.

Иринкина комната оказалась небольшой и обычной. С тумбочкой, умывальником и деревянной кроватью-полуторкой.

Еще тут был шкаф и зеркало.

– Ты… устраивайся, – сказал Герман, поставив вещи на пол. – А мне сейчас идти надо.

– Уже? – испугалась Ирина. – А как же? А когда ты придешь?

– Приду вечером, если отпустят. У меня служба, если ты не забыла.

Она опустилась на кровать – уставшая и расстроенная. Уходя, Герман оставил дверь открытой, и теперь она видела коридор. Некоторое время она сидела в полном оцепенении и наблюдала, как протекает жизнь молодых семей военнослужащих.

Каким образом она должна включиться в эту жизнь? Ведь, наверное, Герман ждет от нее именно этого? Она почему-то все представляла несколько иначе.

Погруженная в свои мысли, Ирина не сразу отреагировала на приветствие, прозвучавшее из приоткрытой двери.

– Смотрю, новенькая у нас! – В комнату вошла крупная кудрявая девушка в домашнем халате и переднике. – Как зовут?

– А меня – Галя. Я мичмана Крохты жена. А ты к кому приехала?

– Я к Герману. К Герману Найденышеву. Он мой… брат.

Чуть не проговорилась! Вовремя вспомнила Геркин наказ.

– А я смотрю – сидишь как сирота какая. Одна. Личико грустное… У нас так нельзя, подружка. У нас тут коммуна. Мы все как одна большая семья. К любому обратись – помогут. А иначе в военном городке нельзя. Всем трудно. Для всех это место сначала было чужим, суровым. А потом обвыклись, даже нравится здесь. Ты надолго к брату? Навестить?

– Да я… не знаю. Вообще-то я думала – совсем…

– Ну а что же тогда смотришь как неродная? Разбирай чемодан.

И идем ко мне, я тебя накормлю с дороги. В душ сходишь, покажу где.

Соседка Галя несколько оживила упавшую духом Ирину. Накормила вкусным борщом, помогла навести в скучной казенной комнате подобие домашнего уюта. Шло время, а вечер не наступал. Было все так же светло, словно время остановилось. В гостинице шла своя жизнь – по коридору гуляли запахи позднего ужина, кто-то возвращался со службы, где-то плакал ребенок. Но и эти звуки затихли, запахи притупились.