Голубка

 – Сколько же нас тут набьется в крошечное купе? Кошмар! Я буду жаловаться начальнику поезда! Плотишь за билеты, а тебе такие сюрпризы!

Дама затряслась всем телом, растопырила пальцы с золотыми перстнями и стала протискиваться мимо младенцев к выходу.

Теперь ее голос раздавался в конце коридора, у купе проводников.

– Плотишь такие деньги… – разорялась пассажирка. Ей вторил успокаивающий голосок проводницы.

Иринка наклонилась к малышам. Один младенец зашевелился, его личико сморщилось, он закряхтел. Личико второго, бывшее до этого совершенно безмятежным, стало тоже морщиться.

– Тихо, тихо, – заговорила Ирина и улыбнулась младенцам. – А сейчас паровозик загудит: ту-ту! А вагончики побегут: чух-чух-чух… чух-чух-чух…

Младенцы раздумали кряхтеть, прислушиваясь к незнакомому голосу. Она, улыбаясь, качала над ними головой и даже запела одну из тех песенок, которые постоянно распевал по радио юный солист центрального детского хора Сережа Парамонов…

В купе вполз чемодан, а вслед за ним протиснулся лейтенант с авоськой, из которой торчали бутылки с молоком.

– Нет, молчат! – улыбнулась Ирина. – Какие они славные! А где их мама?

– А где наша соседка по купе?

– Кажется, она испугалась этих славных малюток и…

– Ретировалась с поля боя! – закончил лейтенант и протянул ей руку: – Сергей.

– Ирина, – сказала она и пожала протянутую ладонь.

– В самом деле? – забыв выпустить ее пальцы, переспросил Сергей.

Прежде чем она успела ответить, в купе заглянула обиженная дама.

– Достаньте мои вещи! – с видом оскорбленного достоинства проговорила она и отвернулась.

Сергей вытащил из рундука вещи привередливой пассажирки, отнес в другое купе.

Когда вернулся, Ирина уже держала на руках одного из младенцев.

– Что? Поднял тревогу? – кивнул Сергей на младенца.

– Кажется, он чего-то хочет.

– Он всегда чего-то хочет, – усмехнулся Сергей. – А брат за ним повторяет. С ними не соскучишься. Вы уж извините, Ирина, но вам придется нас терпеть всю дорогу. Вы до Москвы едете?

– Да, – ответила Ирина после паузы. Ее ответ прозвучал не слишком уверенно, и поэтому Сергей удивленно взглянул на нее, но задавать вопросы было некогда. Младенцы дружно кряхтели и гукали, выдвигая свои требования.

Сергей сбегал к проводнице за бельем.