Голубка

 – Мамка говорит, некому было подсказать, как питаться, чтобы молоко прибывало.

– Да она у вас от природы, видать, тощая! Как только родила двоих-то? Нет, Зойка, ты мне что хочешь говори, но не верю я, что твой брат с женой хорошо живут.

– Да с чего ты взяла? – возмутилась Зоя.

– Я наблюдательная. Вот ты посмотри, как они танцуют. Как она мужа обнимает? Как чужого! Кто так любимого человека обнимает? Уж я бы, кажется…

– Ну тебя! – отмахнулась Зоя. – Просто ты завидуешь!

– Завидую? – возмутилась Надежда. – Просто я не понимаю, где у мужиков глаза! Вот что он в ней нашел? Ни кожи, ни рожи! А она еще кочевряжится!

И Надежда, полная возмущения, повернулась и пошла прочь со двора.

Знала Зоя, что Надежда обязательно выкинет что-то подобное. Еще бы! Брат такой статный, а в морской форме – просто красавец. Любая женщина могла бы гордиться таким мужем. Злится Надька, что не она жена Сергея, и потому наговаривает.

Знала, но все же после ухода Надежды призадумалась. Словно бы другими глазами на брата и его жену посмотрела. Да, танцуют они действительно не в обнимку, как другие, а интеллигентно, на расстоянии.

Весь вечер не отходила Зоя от Ирины и Сергея, все пыталась уловить те маленькие приметы нежности, на которые намекала Надежда. Те приметы, что отличают счастливую семейную пару от других, обычных. И чем больше она наблюдала, тем неутешительнее становились ее выводы.

Особенно она огорчилась вечером, когда уже накупали ребятишек и уложили их – одного в старой фамильной люльке, другого в кресле-кровати.

Она слышала из своей спальни, как Ирина разбирает постель. Видела, как брат, заглянув к жене в спальню, сказав что-то, снова отправляется на сеновал!

Тревожно стало на душе у Зои. Выходит, Надька права и у брата с женой что-то не так? Ведь с самого начала, с самого их приезда, она не видела, чтобы брат остался ночевать в доме! Он всегда к ночи уходил на сеновал.

Поначалу она внимания не обратила, воспринимала как должное.

Зоя долго ворочалась с боку на бок. Не могла уснуть. Ей почему-то стало обидно до слез. Она начала фантазировать вокруг ситуации. Представила, что там, далеко, где они служат, у брата может быть любовница. Как это, должно быть, ужасно! Как страдает Ирина… Да ведь этак брат может уйти от них.