Под номерами 2 и 3 в его списке Дюпре и вы.
С фотографии смотрело худощавое лицо. Человек был в очках. Гонсалес вернул фотографию.
— До смерти не забуду.
— Его наняли итальянцы. Индзерилло уже знает, что вы вышли на его след. За голову каждого из вас назначена награда в тридцать тысяч долларов.
— Я ценю свою голову немножко дороже, — осмелился пошутить Гонсалес.
— Правильно делаете, — холодно бросил комиссар, — но вас вызвали сюда не для этого. У нас мало времени. Нам нужно точно установить, кто из этих четырех — сообщник мафии.
То, что все четверо могут работать на ЦРУ, — даже это допустимо. Но вот кто из них работает на мафию? Это нужно установить немедленно. Все, что касается ЦРУ, забудьте. Это не наше дело. Мы не вмешиваемся в работу территориальных органов безопасности.
— Но наркотики…
— Повторяю: этим займутся другие люди. Ваша главная цель — выяснить, кто из нашего отдела связан с мафией.
— Проверить всех четверых?
— Да. Но вы не знаете главного. После того как в Белграде был убит наш связник и Дюпре едва не погиб в Дубровнике, мы заблокировали всю информацию.
А это значит, что вот уже три недели ни один из этих четверых не выходил на улицу, ни с кем не общался. И что к ним не заходил ни один человек. И тем не менее информация просочилась. Дершовиц абсолютно точно знал, что ваша группа в Индонезии. Знал ваши настоящие и подложные фамилии по документам, даже узнал, что вы должны лететь в Италию.
— А кто готовит документы и связи помимо этих четверых?
— Больше никто. В том-то и загадка.
— Ну неужели никто не входит к ним в комнату?
— Право доступа имею только я, мой помощник, президент Интерпола Джон Симпсон и заместитель Генерального секретаря ООН Уркварт. И больше никто.
— Значит, кто-то из вас четверых…
— Не говорите глупостей.
— Я не имел в виду господина Симпсона или Уркварта.
— Значит, вы имели в виду меня?
— А ваш помощник? — Мигель проигнорировал опасный вопрос.
— Абсолютно исключено. Это глухонемой. Он и живет в нашем крыле, почти не выходит на улицу.
Только за покупками — сигареты, журналы, газеты.
— Он что, постоянно живет у вас?"
"— Да. Я знаю его уже много лет. Полностью отпадает. Одинокий старик, ему ничего не нужно. И потом, не считайте нас такими дилетантами, Гонсалес. Мы проверили и его. Он выходил из здания за последние три недели четырежды. И все четыре раза еще до того, как стало известно, что вы полетите в Италию. А ведь Луиджи ждали у посольства, где он должен был отметить паспорта.
