Комиссар, напряженно следивший за Гонсалесом, тихо пробормотал:
— Кажется, я начинаю понимать, в чем дело.
Вошедший охранник доложил, что в отдел поднимается заместитель Генерального секретаря ООН господин Брайан Уркварт.
Генеральный директор встал.
— Мы здесь лишние. Гонсалес, поднимемся ко мне. Господин комиссар, я жду вас у себя.
Вдвоем они пересекли коридор и поднялись на лифте наверх. Генеральный директор, кивнув секретарше, прошел в свой кабинет. Следом вошел Мигель.
— Садитесь, — показал жестом генеральный директор.
— Вы давно работаете? — Мигель отрицательно покачал головой. — Сколько вам лет?
Гонсалес ответил.
— На вид вам намного больше. Откуда вы?
Мигель, немного поколебавшись, сказал и это. Генеральный директор улыбнулся.
— Узнаю подготовку. Ваша страна всегда давала наиболее толковых агентов. Кстати, Шарль Дюпре, кажется, ваш региональный инспектор? Я его хорошо знаю. Уже лет пять.
— Он хороший сотрудник, — честно сказал Гонсалес.
— Лучше вас? — прищурился генеральный директор.
— Да, — еще раз честно признался Мигель.
— Значит, у меня есть все основания сделать его комиссаром, а вас региональным инспектором, — засмеялся генеральный директор, — во всяком случае, ценю вашу откровенность. Благодаря вашей деятельности в Индонезии нам удалось нейтрализовать работу базы по производству наркотиков. Это очень неплохо, — продолжал генеральный директор. — Да, я знаю, что вы потеряли своего сотрудника. Знаю, сколько людей погибло. Это грязная работа, Гонсалес, ничего не поделаешь… но она очень нужна.
Всем. Вы согласны со мной?
— Полностью, господин генеральный директор, но… — Мигель замялся, — иногда все-таки тяжело…
— Кстати, вы знаете, сколько в среднем живет инспектор «голубых»?
— Нет.
— Три, от силы четыре года. Мрачная статистика, правда? Кстати, я сам начинал инспектором. И, как видите, не уложился в среднестатистический показатель — жив до сих пор. Да и Дюпре уже работает довольно долго, и ваш комиссар тоже — с первых дней основания нашей организации.
Так что я думаю поднять этот средний уровень. Как, Гонсалес, поднимем?
— Поднимем, — твердо ответил Мигель. Загорелся огонек селектора.
— К вам господин комиссар и Мак-Грегор.
— Пусть войдут.
На пороге возникла исполинская фигура комиссара, рядом с которой фигура Мак-Грегора казалась еще комичнее.
— Браво, мой мальчик, — закричал комиссар, — все в лучшем виде.
Он подскочил к успевшему встать Гонсалесу и заключил его в свои объятия.
— Молодец! Здорово придумал.
