Впервые Слада почувствовала себя равной Данилу, а не бездарной девицей, за которую везде платят, да и на работу взяли только для того, чтобы потом легче было добраться до тела.
Всё-таки и она на что-то годна, что-то умеет, пусть это всего лишь суп и печенье. Данил даже поблагодарил ее вчера за вкусную еду. Чувство собственной значимости приятно грело душу.
Кстати, они всё-таки выбрали для Слады любимый напиток — это оказался кофе с корицей. Его-то ей и захотелось с утра пораньше. Завернувшись в пушистый белый халат, Слада прокралась из своей комнаты на кухню.
Хотя красться, пожалуй, не стоило. Товарища Хватова не видно, а значит, до сих пор изволил дрыхнуть.
Слада не знала, какой была домработница, державшая этот дом в таком идеальном порядке и чистоте, но то, что это высокая женщина — вполне очевидно. Иначе не стояло бы столько нужных баночек на самых верхних полочках.
Вчера ей помогал на кухне Хватов, а он тоже высокий. Сегодня же утром придется обойтись самой. А корицу для кофе господин директор, конечно же, поставил на самый верх.
Причем даже если Слада встанет на стул, вряд ли дотянется. Или дотянется?
Она пододвинула стул, потянулась на цыпочках и вдруг услышала за спиной шаги. Резко обернулась и чуть не свалилась.
— Ты зачем с утра акробатикой занимаешься? — спросил Данил, удерживая Сладу за талию.
— Я просто хотела достать корицу, — попыталась она оправдаться.
Но Данил ее, похоже, даже не услышал.
— Сладкая моя, не могу больше! — зарычал он и прижал ее к себе.
— Что не можешь?
— Руки подальше держать не могу… — вдруг горячо зашептал.
— Ты обещал…
— Малышка, я уже на всё готов, — проговорил он с надрывом. — Ты скажи, что сделать, я сделаю, но не отталкивай, пожалуйста! Я так сильно тебя хочу, что скоро начну биться головой о стену."
"По мере того как он всё это говорил, успел стащить ее со стула, развязать пояс халата и запустить под него руки. Крепко прижал Сладу к себе, а она оказалась совершенно не в силах его остановить. Ведь тоже живая и тоже скучала по его рукам, губам и тому блаженству, которое было между ними.
Даже не осознавая этого, она подставила губы, и он смял ее рот своим в отчаянном, жадном поцелуе.
Ее голова кружилась. Слада плыла на облаке ни с чем не сравнимого удовольствия, но внезапно будто отрезвела, когда Данил схватил ее за талию и усадил прямо на стол.
Она представила, что будет дальше, вспомнила их первый контакт, и всё внутри сжалось совсем не в предвкушении резких вторжений Хватова.
