Зло прищурилась, пихнула ему букет обратно и зашипела змеей:
— Сказал — просто прогуляться, а сам лезешь! Неужели непонятно, что мне больше это всё не интересно!
— Что именно тебе не интересно? — взревел он резко.
— Меня тошнит от твоего потребительского отношения! Воротит оттого, что ты считаешь, будто можешь со мной спать, когда вздумается! Больше никаких разовых встреч, когда тебе приспичит, понял?! Ноль уважения, ноль заботы о моих чувствах. Я для тебя ноль! Мне так не надо… мне тебя не надо! Больше не смей ко мне приходить!
Сказала, как отрезала, и ушла, громко цокая каблуками.
Игорь остался стоять посреди аллеи как оплеванный. Люди оборачивались в его сторону, кто-то даже вздыхал сочувственно. А ему было всё равно.
«Ты не ноль, милая… Ты десяточка! Обязательно верну тебя!»
Глава 16. Когда хочется быть героем
— Здравствуйте, Данил Викторович! — протянула Слада, зайдя в кабинет.
Хватов резко обернулся к драгоценной Белоснежке, даже повернул в ее сторону кресло, в котором сидел. Глубоко вздохнул, осмотрев ее стройные ножки и ладную фигуру.
Привычно замер, вглядываясь в милое лицо. Что-то в ней изменилось. Еще никогда сладкая девочка не смотрела на него так преданно… даже заискивающе! Норовила поймать его взгляд, широко улыбалась.
Сегодня Хватова ждал совершенно удивительный десерт к утреннему кофе — благодарность Слады.
— Спасибо вам! — начала она, расставив на его столе всё необходимое.
Начала подробно рассказывать, как помогли ей сотрудники фонда фирмы, как были щедры и предупредительны.
Чем дольше Белоснежка говорила, тем больше Данил млел от удовольствия. Чувствовал себя, как ее верный, преданный сенбернар, которого нежно чесали за ухом. Хотелось еще, хотелось… больше.
Как же сильно ему понравилось быть героем в ее глазах!
Благодарить надо тоже уметь, к слову. Не каждой девушке это дано, уж Хватов знал. Ксенья, например, очень давно его не благодарила. А ведь купил ей трехкомнатную квартиру в центре, назначил щедрое ежемесячное содержание. Конечно, сделал это из-за сына, но всё же сделал, не так ли?
— Слада… — позвал он, когда Белоснежка уже собиралась уходить.
— А как ваша сестра? Есть ли надежда поставить ее на ноги?
— Вы знаете о ситуации с моей сестрой? — удивилась она.
— Конечно, — кивнул Данил, откинувшись на спинку кресла. — Прежде чем предлагать помощь благотворительного фонда, я изучил вашу анкету. Как же иначе?
Он так убедительно пожал плечами, что даже сам себе поверил.
— Я понимаю, — улыбнулась Слада.
