И Хватов отправился прямиком к своей драгоценной девочке.
Он сегодня старался как мог, чтобы быстрее закончить дела и провести с Белоснежкой как можно больше времени, но всё равно домой удалось вернуться лишь к девяти.
Слада действительно оказалась в спальне. Свернувшись калачиком, она что-то листала в телефоне. Из-под одеяла выглядывало плечо с белой лямкой ночной рубашки.
«Почему она здесь, а не в своей комнате? — удивился он и даже обрадовался. — Неужели ждала меня?»
Правда, почти сразу вспомнил, что велел ей спать именно в его постели.
Всегда.
Едва Данилу стоило войти в комнату, маленькая нахалка спрятала плечико под одеяло. Никак не поймет, дуреха, что от него прятаться не нужно, что она вся его. Его! И к тому же… будто он не видел ее голых плеч, будто он не видел гораздо, гораздо большего.
Впрочем, Хватов постарался не акцентировать на этом внимания. Подошел, наклонился к ней, прижался губами к щеке.
— Привет, милая, — прошептал, когда она развернулась в его сторону.
— Привет.
— Теперь она натянула треклятое одеяло чуть ли не до подбородка. — Я думала, ты опять отправился в какую-нибудь командировку и уже не вернешься…
Наверное, надо было позвонить ей, предупредить о планах. Но он не привык никого предупреждать, подстраиваться, от кого-то зависеть. Обычно подстраивались как раз под него. Надо потихоньку менять приоритеты.
«Что, если она хотела, чтобы я уехал? А я взял да и вернулся…» — эта мысль больно царапнула изнутри.
— Милая моя, соберись я куда-то ехать, взял бы тебя с собой… — проговорил он, строго прищурившись.
— В ближайшее время я не планирую с тобой расставаться.
Он не знал, чего ждал: радостного визга или слов типа «я рада, я тоже не хочу расставаться». Но в глазах Слады лишь промелькнул какой-то вопрос, который она не решилась задать, а потом последовал лишь послушный кивок.
— Ты ужинала?
— Да, — снова кивнула она.
— Хорошо… Тогда сразу перейдем к десерту. Я в душ и к тебе в постель…
— В постель? — Ее глаза округлились.
— В смысле для этого самого? Тогда мне срочно нужно к себе…
Слада тут же вскочила, вихрем унеслась из спальни, но скоро вернулась, весьма собой довольная.
— Что ты делала? — Хватов приподнял бровь.
— Как что? — пожала она плечами. — Принимала афродизиак. Можно же?
— Можно… — прогудел Хватов. — Ложись в постель, я скоро.
Пока стоял под душем, гадал, что за ящик Пандоры он открыл с этими таблетками."
"Он и думать забыл о треклятом витамине С.
