Голый завтрак

)

Электрод, прикрепленный к одному яйцу, заискрил, Непутевый проснулся от запаха опаленной плоти и взял наполненный шприц. Он свернулся калачиком и вонзил иглу себе в позвоночник. Вытащив иглу с легким вздохом наслаждения, он осознал, что в комнате находится Ли. Из правого глаза Ли, извиваясь, выполз длинный слизень и вывел на стене надпись радужной липкой грязью: «Матрос в Городе, он скупает ВРЕМЯ».

Я жду у аптеки, она должна открыться в девять часов. Двое мальчишек-арабов катят бачки с мусором вверх, к высокой, массивной деревянной двери в побеленной стене.

Пыль перед дверью исполосована мочой. Один из мальчишек катит тяжелые бачки, наклонившись, и штаны плотно прилегают к его тощей юной жопе. Он бросает на меня спокойный, бесстрастный взгляд животного. Просыпаюсь потрясенный, как будто мальчишка был наяву и я пропустил назначенное с ним на сегодня свидание.

– Мы ожидаем дополнительных уравниваний, – говорит Инспектор в интервью Вашему Корреспонденту. – А не то начнется, – Инспектор приподнимает ногу – типично нордическое телодвижение, – кессонная болезнь, разве не так? Хотя мы, возможно, сумеем запастись подходящей декомпрессионной камерой.

Инспектор расстегивает ширинку и принимается искать мандавошек, потом намазывается дегтем, взятым из бочки меда. Ясно, что интервью подходит к концу.

– Вы что, не уходите?! – восклицает он. – Ну что ж, как сказал один судья другому, будь справедлив, а не можешь быть справедливым, будь своеволен. Жаль, не могу употреблять привычные ругательства. – Он поднимает правую руку, испачканную вонючим дегтем.

Чей-то Корреспондент бросается вперед и сжимает в ладонях грязную руку Инспектора.

– Было очень приятно, Инспектор, несказанно приятно, – говорит он, стянув перчатки, скатав их в комок и выбросив в корзину для бумаг. – Представительские средства, – улыбается он.

ХАСАНОВА КОМНАТА РАЗВЛЕЧЕНИЙ

Позолота и красный плюш. Бар в стиле рококо, отделанный розовым черепаховым рогом. Воздух перенасыщен ужасной приторной субстанцией, напоминающей испорченный мед.

Мужчины и женщины в вечерней одежде потягивают через алебастровые трубочки многослойные напитки из разноцветных ликеров. У стойки, на табурете, обитом розовым шелком, сидит голый Отщепенец с Ближнего Востока. Длинным черным языком он лижет теплый мед из хрустального кубка. У него гениталии идеальной формы: обрезанный член, блестящие черные лобковые волосы. Губы у него тонкие и лилово-синие, как губки пениса, а глазки пусты и равнодушны, как у насекомого.