Гончие смерти

Взявшись за края капюшона, жрец медленно снял его с головы."

"Глеб впервые видел лицо жреца Нуарана открытым. И лицо это было гораздо больше похоже на человеческое, чем он ожидал. Череп жреца был абсолютно лысым и мертвенно-бледным. Глаза были черными, лишенными белков. Губы – такие же белые, как и кожа.

Что-то в этом жутковатом лице, похожем на мраморную маску, показалось Глебу знакомым.

– Мы виделись раньше? – неуверенно спросил он.

По белым губам жреца скользнула тень усмешки.

– Неужели ты не узнал меня, ходок? – проговорил он своим ровным, гулким голосом.

 – Я Ростих. Мальчик, которого ты отдал жрецам несколько лет тому назад.

– Вот оно что! – выдохнул Глеб. И кивнул: – Да, теперь я вижу. Ты тот самый мальчишка, который явился сюда из далекого будущего, заблудившись во времени. Но ты сильно изменился, Ростих.

– Да, – гулко проговорил жрец. – Я изменился. – Он немного помолчал, разглядывая Глеба черными, бесстрастными глазами, а потом продолжил: – Я пришел, чтобы объяснить тебе скрытый смысл всего, что тут произошло.

– Это было бы неплохо, Ростих. Честно говоря, я уже распрощался с жизнью, но проклятые гончие испарились так же внезапно, как появились.

– И что ты об этом думаешь?

Глеб взглянул на лежащую у его ног девушку.

– Я думаю, что Лесана применила какое-то мощное колдовство. У вас, нелюдей, это в порядке вещей.

– Твое предположение верно лишь в одном: гончих смерти уничтожила Лесана, – гулко прогудел жрец.

Глеб нахмурился.

– Зачем же тогда понадобился я? К чему было городить огород, если травница с самого начала могла их убить?

Некоторое время жрец молчал, разглядывая Первохода таким взглядом, словно пытался определить для себя – стоит ли открывать ходоку правду? Поймет ли он? Наконец, он заговорил снова:

– Никакого царства Велеса и никаких гончих смерти не существовало, Глеб.

Не существовало до тех пор, пока Лесана не создала их в своем воображении. Это её дар. В детстве бабушка много рассказывала ей про страшного владыку Преисподней и про его вечно голодных псов, которые хватают души умерших и уносят их в Навь. Когда Лесане было пять лет, она заблудилась в лесу и набрела на стаю волков. Подоспевшие воины отогнали хищников, но страх уже поселился в душе девочки, он стал медленно разъедать эту незрелую душу. Однажды, найдя свою бабушку мертвой, Лесана испугалась. В тот миг в ней и открылся этот странный дар – оживлять свои фантазии и делать их частью реальности.