Гончие смерти

Медведь, все это время стоявший неподвижно, мотнул огромной головой, рыкнул и ринулся на богатыря. Хлопуша отпрыгнул и ударил хозяина леса мечом по хребту. Удар отозвался в руке звенящей болью, будто он рубанул по железу или граниту. Медведь взревел и повернулся к Хлопуше. Но в этот миг Лесана запрыгнула кодьяку на спину и с размаху всадила клинок ему в ухо.

Медведь зарычал, вскинулся было на дыбы, но покачнулся, а потом рухнул на живот и затих. Лесана спрыгнула на землю, перекувыркнулась и мгновенно вскочила на ноги.

На поляне лежали четыре звериных трупа. Сражение было закончено.

Восстановив сбитое дыхание, Хлопуша вытер рукавом потное лицо и хрипло спросил:

– Что это было?

– Ты сам видел, – тяжело дыша, ответила ему Лесана.

– Их натравили на нас волхвы?

Она кивнула.

– Да.

Хлопуша взглянул на убитых хищников и спросил:

– Но почему ушли остальные? Как ты сумела с ними справиться?

Девушка не ответила, и тогда Хлопуша, понизив голос почти до шепота, спросил:

– Лесана, ты колдунья?

Она вскинула голову и взглянула ему в глаза.

Здоровяк слегка побледнел под этим взглядом. Он готов был сойтись один на один с медведем или волколаком, но, как и все богатыри, привыкшие рассчитывать только на физическую силу, побаивался ведьм с их страшными и необъяснимо действующими чарами.

Лесана заметила, как изменился в лице Хлопуша. Она усмехнулась и спросила:

– Ты боишься колдовства?

– Я его… не люблю, – неохотно признался богатырь.

– Меня тебе бояться не следует, – успокоила его Лесана.

 – Мы ведь на одной стороне.

– Слава богам, что это так, – с хмурой усмешкой произнес Хлопуша. – Не хотел бы я стать твоим врагом.

– Этого не будет, пока у нас с тобой единая цель, – отчеканила Лесана.

– Верно, – согласился Хлопуша. – Но мне бы больше понравилось, если бы ты сказала, что этого не будет никогда.

Лесана улыбнулась.

– Я не вещунья и не могу заглядывать в будущее, Хлопуша. – Она сорвала пучок травы, тщательно вытерла кинжал и вложила его в ножны.

"

"Богатырь же, чуть передохнув, занялся необходимым делом. Склонившись над медвежьей тушей, Хлопуша вырезал хищнику глаза, размахнулся и зашвырнула их в далекие кусты бузины.

– Лесной дух, прими от нас сей дар и не мсти нам за своего лохматого собрата! – зычно проговорил он.

Потом отрезал кодьяку нос, завернул его в тряпицу и сунул в карман полукафтана.

– Зачем это? – спросила Лесана.

– Душа медведя находится в кончике его носа, – объяснил Хлопуша.