Гончие смерти

Я услышал его шаги. Шаги одного-единственного человека, мягко ступающего по валежнику.

Довгуш поморщился от боли в плече и недовольно проговорил:

– Может, вынете эту гадость из моего плеча? Я истекаю кровью.

– Ничем ты не истекаешь, гад, – грубо сказал ему Хлопуша. – Стрела проткнула мясо, но не задела кость. Через три дня ты и не вспомнишь, где у тебя шрам. Впрочем… не думаю, что ты доживешь до этого светлого момента.

– Стрелу надо вынуть, – возразила здоровяку Лесана.

Хлопуша нахмурился.

– Не думаю, что мы должны помогать этому…

Однако девушка уже присела возле волхва и подтянула к себе котомку с травами.

Пять минут спустя стрела была извлечена, а рана присыпана целебной травой и перевязана чистой тряпицей.

– Благодарю тебя, травница, – с улыбкой сказал Лесане волхв.

– Не трать понапрасну слов, – холодно проговорила девушка. – Если я увижу, что ты вновь собираешься нам вредить, я без рассуждений перережу тебе горло.

Волхв Довгуш стер ухмылку с лица и перевел взгляд на Глеба.

– Так ты и есть знаменитый Первоход? – с издевкой протянул он.

– Заткнись! – рявкнул Хлопуша и хотел стукнуть волхва кулаком по голове, но Лесана перехватила его руку и отвела ее в сторону.

– Не надо, – сказал она. – Возможно, этот гад нам еще понадобится.

Хлопуша нехотя опустил руку, но гневный блеск в его глазах не потух.

– Духово отродье! – выругался он, свирепо глядя на паромщика. – Как же ты умудрился долгие годы водить всех за нос?

– Слава богам, это было нетрудно, – с легкой усмешкой ответил волхв.

– Но ты оживлял мертвецов! – гневно напомнил Хлопуша. – Как ты это делал?

Довгуш прищурил черные, будто угли, глаза.

– Очень просто, толстяк. Я опаивал больных стариков чародейной настойкой. Их вялые сердца начинали биться так медленно, что родные принимали их за мертвецов. После похорон я откапывал старичков и возвращал их домой.

– Но… зачем ты это делал? – удивленно спросила травница.

– Чтобы они присматривали за своими родными, – просто ответил волхв. – И чтобы вселяли в их сердца страх.

– Но ты можешь повелевать лесными хищниками! – не унимался Хлопуша. – Ведь можешь?

Волхв кивнул.

– Могу. Этому меня научили египетские колдуны. Наука сложная, но при большом усердии овладеть ею может любой.